Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Легализовать нельзя депортировать

Где, кто и когда поставит запятую?

Лидия Графова

О том, что мигранты — не обуза, а благо для России, правозащитники твердят с тех пор, как первые беженцы появились в Москве. А политики больше десяти лет глухи. Нужно было разразиться демографическому кризису (почти на миллион душ в год сокращается и будет впредь сокращаться население России!), чтобы «в верхах» наконец вспомнили о мигрантах. На последнем заседании Правительства РФ была одобрена Концепция демографической политики до 2015 года. Министр труда и социального развития А. Починок предложил три способа спасения нации: повысить рождаемость, ликвидировать раннюю смертность и принять 4-5 миллионов наших соотечественников, готовых — по прогнозам экспертов — переселиться из СНГ.

Ну, «концептуальные» открытия насчет того, чтоб активней размножаться и не спешить в мир иной, энтузиазма у россиян не вызовут. Так что одна надежда — на мигрантов. Но и тут вопрос: а кинутся ли миллионы в холодные объятья России, если наша страна встречает своих детей не как мать, а как свирепая мачеха?

Заговор против Президента?

Поразительное дело: именно в последние месяцы, когда Президент России то и дело заявляет, что скудеющие трудовые ресурсы страны могут быть восполнены за счет переселенцев из СНГ, причем неважно, какой они национальности, и что наши бывшие соотечественники не должны считаться у нас нелегалами, и что вообще огромной России для нормального развития следовало бы принять до 50-ти миллионов, так вот, именно в последнее время будто нарочно (назло Президенту?) возводятся все новые шлагбаумы на пути возвращающихся в Россию. Недоброй памяти вождь народов назвал бы это вредительством.

Два события: недавний выход России из Бишкекского Соглашения о безвизовом пространстве и прекращение с 31 января 2000 года упрощенного порядка приобретения российского гражданства — поставили жирный крест на существовании Содружества, и без того призрачного. И если после Беловежских соглашений, внезапно распустивших Советский Союз, 39 миллионов русскоязычных (из них 25 миллионов — русские), живших вне России, проснулись «иностранцами в своих постелях», предательство свершилось как-то «походя», то уж сегодня развод с соотечественниками оформлен по всем юридическим нормам.

Теперь любой соотечественник, будь он до последнего колена русский, приезжая в Россию, считается... иностранцем. Да, таким же «чужаком», как беженец из Африки или, допустим, с Марса, если там обнаружится жизнь. Нормативного акта, регулирующего пребывание иностранцев в России, до сих пор нет, советский документ на этот счет безнадежно устарел. А раз нет закона, могут ли быть «законными» иностранные мигранты? Все они — нелегалы, лакомая добыча для милиции.

Абсурд по закону

Каждый день в московский офис «Форума переселенческих организаций» («Форум...» — общественное движение, в которое входят 252 организации, созданные самими мигрантами в 50-ти регионах России) приходят SOS о переселенческих страданиях по гражданству. Вот, например, история Татьяны Филиной. Несколько лет назад она приехала на Орловщину из Узбекистана, вышла замуж, родила дочку. О том, что ей надо спешить до 2001 года получать российское гражданство, просто не ведала. Но вот пришла в милицию менять фамилию на мужнину и вдруг ей сообщают, что советский паспорт уже недействителен — «эту бумажку теперь хоть в мусорку брось». И сама она теперь никто — ничья не гражданка, незаконно проживающая в России. И что нужно ей срочно легализоваться. Для начала — получить национальный паспорт Узбекистана. Хочет — пусть в Ташкент за ним едет, хочет — в Узбекское консульство в Москву. (Даю справку: в консульствах стран СНГ за такую процедуру берут от 50 до 200 долларов). Заимев узбекский паспорт, Татьяна сможет оформить постоянную регистрацию, то есть прописаться в своей хате. После этого у нее, гражданки Узбекистана, появится законное право просить вид на жительство в России. И только имея документ про «вид», можно подавать заявление о российском гражданстве. А получит она его в лучшем случае... через три года.

Орловская переселенческая организация «Рассвет» помогла Филиной подать иск в суд. Хочется надеяться, что суд рассмотрит дело кормящей матери раньше, чем у нее от нервотрепки пропадет молоко.

Но не могут же тысячи новоявленных не-граждан России поголовно бежать в суды, хотя многие паспортно-визовые службы им великодушно советуют: «Судитесь с нами!» И возмущаются нерасторопностью переселенцев: «Девять лет, начиная со 2 февраля 92-го года, можно было без хлопот — только напиши заявление — получить гражданство. Чего они тянули?! О чем думали?!»

Ну, о чем думают семьи, которым предстоит сорваться с корня, бросить все нажитое и выехать почти голышом в российское «никуда», представить не трудно. А в том, что наши законы им, да, неизвестны, не их ведь вина. Озабочены ли российские консульства в республиках правовым просвещением потенциальных переселенцев?

Как мог, например, ветеран ВОВ Юрий Николаевич Н., живущий в приграничном таджикском селенье, догадаться, что некий пункт «г» статьи 18 Закона о гражданстве, дававший ему, оказывается, право легко стать гражданином России, прекращает свое действие? Таджикское гражданство Юрию Николаевичу, как и всем жителям республик СНГ, присвоили автоматически, не спрашивая. И выдали национальный паспорт. Но он, конечно, сохранил свой «серпастый и молоткастый», с которым и явился на историческую родину. И попал в ту же самую безумную круговерть, что и Татьяна Филина. Только в отличие от нее у Юрия Николаевича даже и крыши-то над головой нет.

С ноября путешествовал старик по деревням то Липецкой, то Орловской области. Наконец в Воронежской, сжалившись, его прописали. Правда, на три месяца. «А потом езжай откуда приехал». Добравшись до Москвы, добился он приема в Комиссии по гражданству при Президенте РФ. Недоумевает: «Как же так?! Меня принимали 26 января, народу там тьма, а следующий прием только через два месяца — 23 марта?!» Посоветовали ему в Комиссии обратиться прямо к Путину — только у Президента есть право даровать гражданство «иностранцам» в порядке исключения. «Ну, какой же я иностранец?» — причитал чуть не плача ветеран. А мне было стыдно смотреть в глаза этому человеку с иконостасом орденов и медалей на груди.

Тайна инструкции

На последней коллегии Минфедерации выяснилось: с 1 октября 2000 года миграция в Россию сократилась вдвое. Эта роковая дата — 1 октября войдет в историю мучительной российской миграции как день откровенно закрытых дверей. Именно с 1 октября, согласно сочиненным МВД России «методическим рекомендациям», у переселенцев с советским паспортом перестали принимать документы на регистрацию по месту жительства, что отрезало им пути и к получению российского гражданства. Но если тот гуманный пункт «г» об упрощенном приобретении гражданства действовал до 31 декабря, почему уже с 1 октября закрыли двери? Оказывается, МВД исходило из добрых побуждений — решили заранее натренировать сотрудников действовать по новым правилам. То есть ради своего удобства взяли и на три месяца «укоротили» закон. Но вот парадокс: из тех сумбурных «методических рекомендаций» (нам с трудом удалось их достать) сами сотрудники ПВС не могут толком понять, что и как они должны делать с «отказниками». На недавнем правозащитном семинаре один высокий чиновник из МВД признался: «Мы сами загнаны в заколдованный круг». Но теперь уж ту злополучную инструкцию в суде не оспоришь, она действовала лишь до 31 декабря. Впрочем, инфаркты и стрессы, полученные в результате ее действия, тоже невозможно «отменить».

Хоть все давно понимают, что людям, попавшим в эту трехмесячную щель (с 1 октября по 31 декабря) абсолютно незаконно отказывали в приеме документов, справедливость никто не спешит восстанавливать. Вот сюжет из Тулы. Известная защитница прав вынужденных мигрантов Жанна Михайловна Лозинская, депутат Госдумы РФ двух созывов (это она разрабатывала действующие поныне федеральные законы «О беженцах» и «О вынужденных переселенца»), возглавляющая сейчас Тульскую юридическую приемную нашего «Форума...», при всем своем авторитете не может пробить бюрократическую стену — помочь двум семьям пенсионеров из Казахстана. Их, понимаете ли, отказываются регистрировать... в их собственных квартирах. Переселились эти старики в Россию, казалось, вполне благополучно: комбинат, где они проработали всю жизнь, забрал их ташкентское жилье и построил взамен небольшие квартирки в Туле. Ордера у них давно на руках. И, кстати, национальные паспорта из Казахстана они привезли. Но замешкались с пропиской — пришли в милицию только в ноябре. Заявлений у них не приняли. Послали в ОВИР. А там не знали, что с казахстанскими паспортами делать и отправили обратно в милицию. И ходят бедолаги туда-сюда уже второй год, второй век, второе тысячелетие.

Возвращались они не иждивенцами

А Владимирская паспортно-визовая служба, видимо, не лишена чувства юмора. Русской семье из Казахстана там задали замечательный вопрос: «Почему вы приехали к нам во Владимир, а, допустим, не в Париж?» У другой «иностранки» из того же Казахстана, у доцента Карагандинского вуза Эллы Георгиевны Владимирская милиция взяла расписку. Да, письменное обязательство о том, что если через три месяца она не сменит временную регистрацию на постоянную, то... покинет страну. Иначе, мол, депортируем вас из России. Угрозы депортацией, как сообщают нам из разных регионов России, сегодня у милиции в моде. Правда, денег-то на депортацию в казне нет (штука это дорогая).

Но о чем это мы говорим? Причем тут депортация, когда и президент, и правительство заявляют, что стране нужны мигранты? Мало того, что одобрена демографическая политика, уже и Концепция миграционной политики на подходе.

Эх, горько. На скольких же конференциях, семинарах и парламентских слушаниях все эти концепции уже обсуждались. А толку? Так случилось, что последние одиннадцать лет я, журналист, не только пишу о трагедии беженцев, но и живу тем, что пытаюсь хоть как-то помочь этим самым бесправным, на мой взгляд, людям в нашей стране. Брошенным государством и отвергнутым обществом.

Их, уже рискнувших приехать в Россию за последние десять лет, у нас аж 8 миллионов. Только 857 тысяч имеют официальный статус, дающий мизерные льготы. Остальные рассыпаны как просо по бескрайним российским просторам, бедствуют, скитаются по чужим углам, тихо деградируют. Это великий грех России, что ни в чем не повинные жертвы распада империи, приезжая на историческую родину, снова чувствуют себя изгоями.

Это и великая глупость государства — не использовать интеллектуальный и трудовой потенциал переселенцев, вынужденных самой судьбой энергично «вертеться», начиная жизнь с нуля. Не говоря уж о том, что все они — наши соотечественники, родные по языку, по менталитету, по образованию, в большинстве — квалифицированные специалисты. «Мы возвращаемся в Россию не иждивенцами, обустроим себя — поможем и возрождению России!» — так оптимистично были настроены приезжавшие в начале 90-х. Первопроходцы, самые сильные, смелые, и, как правило, не пьющие. А тут их энергию, их патриотизм начали медленно посыпать дустом. И сколько же у меня на памяти ранних смертей, самоубийств...

Убеждена: после распада Союза не было у России более жгучей заботы, чем судьба 25-ти миллионов русских, ставших в большинстве независимых республик людьми второго сорта, «оккупантами». Но наши политики замечали только нарушения прав соотечественников в странах Балтии, откуда, кстати, особо массовой миграции и не было, остальных же всячески старались удержать там, где их жизням грозила реальная опасность. Заложники империи должны были отстаивать «геополитические» интересы России.

Наступило время собирать камни?

Мировой опыт (Америка, Канада, послевоенная Германия, Израиль) доказывает, что мигранты — это прилив новой энергии в общество, мощный стимул развития страны. Кстати, послевоенная Германия, сумевшая принять около 20 миллионов мигрантов, была разрушена все же больше, чем сегодняшняя Россия.

Да, у России нет средств на обустройство миллионов мигрантов. Но все же не только в деньгах дело. «Не можете помочь, хотя бы не мешайте!» — это уже стало присказкой у переселенческих общин. Многое в жизни этих обездоленных людей может разительно измениться, если будет наконец проявлена искренняя политическая воля по-человечьи принимать, а не отталкивать сапогом тех, кто приезжает спасать Россию от вымирания.


Статья была опубликована в "Литературной газете", №23, 5-11 июня 2002 г. См. также: http://www.migrant.ru/cgi-bin/vestnik.pl?issue200203/article17.shtml


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ