Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Перспективы политики иммиграции и натурализации в России и мире

Материалы экспертного опроса

Замятин Дмитрий Николаевич,
докторант Института географии РАН, заведующий лабораторией Московского института развития образовательных систем, руководитель секции геополитики Российской ассоциации политической науки.

После событий 11 сентября в некоторых европейских странах (Дания, Великобритания) были реализованы меры, направленные на ужесточение иммиграционной политики и процесса предоставления гражданства. Как Вы полагаете, обоснована ли в свете последних событий политика ужесточения иммиграции, будет ли она способствовать безопасности государств, подвергающихся нападениям со стороны мирового терроризма?

Политика ужесточения иммиграции обоснована, однако, она должна быть просто более дифференцирована и/или структурирована. Категории возможных мигрантов должны быть более четко проработаны, поскольку слабая дифференциация мигрантов оборачивается бумерангом для стран иммиграции (не принимаются иммигранты, крайне необходимые стране — интеллектуалы, молодежь и т.п.). Безопасность государства лишь в небольшой степени зависит от политики ужесточения иммиграции. Речь идет о том, чтобы управлять иммиграциями, выводя аналитические центры и пункты приема заявлений за пределы самих стран иммиграции. Понятно, что консульства с этим не справятся. Фактически, с одной стороны, политика иммиграции должна быть более фундаментальной и контекстной (в зависимости от страны эмиграции), а, с другой, — встроенной в более широкую систему внешней культурной и социальной политики, работающей с образом страны. В целом, определенная миграция есть результат взаимодействия двух обобщенных и упрощенных образов стран (выбытия и прибытия).

Соотносим ли, на Ваш взгляд, нынешний размах миграционных процессов на земном шаре с приоритетами устойчивого развития? Можно ли контролировать данные процессы?

Нынешний размах миграционных процессов на земном шаре, с одной стороны, вовсе не так велик, как кажется, а, с другой — он мало связан с приоритетами устойчивого развития. Концепция устойчивого развития, на самом деле, во многом является концепцией идеологической (в политико-экономическом смысле), ее философские основания сомнительны. Миграции — это реальность, которая обслуживается большим количеством образов и мифов; в конечном счете, это одна из важных реальностей, которая имеет образное происхождение. Устойчивость возможна как ритмичный поток в отдельные моменты, но не всегда; это просто далекий идеал. Контролировать устойчивость, тем более миграции, полностью невозможно, но возможно культивировать их причины, факторы, влияющие на их развитие. В основе, опять же, возможности теоретического и прикладного моделирования геополитических, геокультурных, геоэкономических страновых и региональных образов в их взаимодействии; контроль возможен лишь как превентивная работа с образами.

Что Вы думаете о возможном направлении натурализационной политики в России? Должен ли быть облегчен процесс предоставления гражданства для 1) этнически русских, проживающих за пределами РФ 2) бывших граждан Советского Союза 3) беженцев из горячих точек на территории СНГ 4) представителей различных волн российской эмиграции и их потомков 5) людей, родившихся на территории России?

Натурализационная политика в России должна быть более активной и более дифференцированной. Для этого необходимо более фундаментально проработать ее основания. Процесс предоставления гражданства должен быть облегчен, безусловно, для этнических русских и бывших граждан Советского Союза. В отношении последних трех категорий должны быть разработаны четкие и специфические критерии, что опять-таки облегчит процесс принятия решений.

Должна ли, на Ваш взгляд, миграционная политика включать в качестве одной из своих задач сохранение социокультурного ядра России (российского государства как особого социокультурного организма)? Если да, то как можно охарактеризовать данное социокультурное ядро?

Безусловно, да. Социокультурное ядро России можно охарактеризовать как систему устойчивых политических, культурных и экономических реалий, предпочтений, представлений, стереотипов и образов, преобладающих на части территории Российского государства, а также (частично) за его границами. Территориально сюда можно отнести Центр и Юг России, Сибирь, а также Армению, Грузию, Молдавию, Белоруссию, Восточную Украину. В целом, социокультурное ядро России есть виртуальное пространство, насыщенное историко-географическими образами Восточной Европы и Северной Азии.

Может ли Россия стать иммиграционной страной, т.е. государством, проводящим активную иммиграционную политику? Нуждается ли наша страна в привлечении трудовых ресурсов, способных возместить потери в численности населения?

Россия может и должна стать государством, проводящим активную иммиграционную политику. Для этого нужны четкие идеологические обоснования и правильные технологические решения. Наше главное богатство и реально, и символически — пространство, земля, территория. Надо культивировать позитивные образы пространств России, одновременно облегчая процедуры расселение и укоренение иммигрантов. Нам нужны и трудовые ресурсы, безусловно — но здесь следует четко дифференцировать политику — в зависимости от потребностей самой России и от категорий иммигрантов.


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ