Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Дети разных народов и русские в Канаде

Глава из книги «Иммиграция в Северную Америку»

Алекс и Валентина Бэттлер

В Канаде существует одна болезненная тема, которой, по-моему, нет нигде в мире, — это поиск identity, то есть своего Я как нации и своего Я как государства на международной арене. Кто такой канадец? Что такое канадец? И что вообще представляет собой канадская нация? — на эти, казалось бы, простые вопросы не может ответить никто. По этому поводу существует уйма шуток. Кто знает историю этой страны, поймет такую: "Кто такой канадец? — Ну, с политической точки зрения это — американец, который избежал революции" (Нортроп Фрай, философ). Приводить аналогичных шуток можно бесконечно. Без шуток же, на мой взгляд, канадец этот тот, кто постоянно задает себе вопрос, кто же он, какой он национальности. Эта тема постоянно в центре внимания канадских журналистов, ученых и политиков. К примеру, в одной из газет писалось: "Канада является страной-нацией, у которой отсутствует четко определяемое национально-культурное я. Достаточно спросить себя, что есть канадец? На этот вопрос очень не просто ответить. Здесь так много психологических различий в подходах к ценностям и социальной жизни, что временами практически бессмысленно даже пытаться определить термин "нация" в канадском контексте" (1). И еще: "Как канадцы, мы не уверены в своем Я частично из-за того, что не можем определить наше место в мире" (2).

Парадокс в том, что граждане государства, входящее в семерку самых развитых стран мира, не могут определить, какой же они национальности.  Хотя, с другой стороны, в этом нет ничего неестественного, поскольку страна возникла всего лишь в 1867 г. и состоит чуть ли не на одну шестую часть из иммигрантов, рожденных за пределами Канады. У них нет общей истории, нет единой культуры, нет общего умостроя. Отсутствие всех этих вещей постоянно тревожит канадское общество.

Более же удивительны взаимоотношения между франкофонами и англофонами (так здесь называют себя канадцы французского и канадцы британского происхождения), которые прожили бок о бок чуть ли не триста лет, но не "переплавились в одном котле".  Вот два высказывания: "Я нашел две нации, воюющие внутри одного государства; я нашел борьбу не принципов, а рас"; "Канада разделена потому, что это не настоящая страна. Она состоит из двух народов, двух наций, двух территорий. Одна из них, это — наша! И она никогда, никогда не будет разделена!" (3).  Первая принадлежит английскому политику Лорду Дурхаму, сказанная им в 1837 г., вторая — нынешнему лидеру квебекских сепаратистов, Люсьену Бушару, произнесенная им в феврале 1996 г.  Постоянная борьба франкоязычных квебекцев (а их около 8 млн. человек) за отделение от "остальной Канады" не стихает на протяжении всего этого века. На последнем референдуме 1995 года для законного отделения квебекцам не хватило 1% голосов. Можно указать немало причин столь неистовой настойчивости франкофонов к отделению. Однако, главная, на мой взгляд, эта — несовместимость культур. Будущим иммигрантам из России об этом особенно необходимо знать, поскольку, являясь представителями культуры цивилизационного масштаба, сами мы, не замечая этого,  всегда исходим из собственной правоты, указывая всем как надо жить. Даже в Канаде нам приходилось много раз слышать от русских иммигрантов, какие канадцы дураки: и то делают не так, и это. Приблизительно также как франкофоны и англофоны говорят друг о друге. Несколько слов о них.

Культура против культуры

Сохранить свою франкоязычную культуру, свою национальную самобытность вызывает скрытую, а нередко и отрытую неприязнь, англоговорящих саксов. Один из канадских журналистов, Грег Фелтон, с негодованием писал перед референдумом: "Печальный факт заключается  в том, что квебекские сепаратисты взывают к примитивному трайбализму (т.е. племенному мышлению), который прячется во всех культурах. Они стремятся навязать одноязыковую французскую культуру всем квебекцам для удержания французской "культуры"; они настаивают на этом, чтобы не раствориться в англофонской Северной Америке. В этом единственный смысл отделения" (4). Все остальные мотивы, считает журналист, являются "голой демагогией. Шовинизм, а не демократия — суть квебекского сепаратизма".  Такая откровенность крайне редка в печати Канады, но аналогичные чувства обуревают всех англофонов, особенно выходцев из Британии, пришедших в Канаду через США. Еще один редкий пассаж, опубликованный в журнале правого направления "Вестерн Рипорт": "Квебек слишком долго наслаждался позицией свободного наездника. Остальная Канада, как нас называют в Квебеке, не только должна дать им уйти, но должна заставить их уйти. Идея, что мы не сможем обойтись без них, является абсурдом".

Дело в том, что англофоны Канады, не говоря уж об американцах, не могут допустить, что какая-то иная культура может оцениваться выше, чем их собственная. Они настолько убеждены в превосходстве всего англо-американского, что любые сомнения на этот счет вызывают у них дикую ярость. Эта убежденность воплощается и во внешней политике США, стремящихся навязать всем без исключения и без учета национальных, культурных особенностей свою культуру, свое мировидение, свое понимание демократии и рынка, т.е. пытаются американизировать весь мир.

В Канаде ситуация сложнее, чем в США. Навязывать миру свою англофонную культуру не хватает силёнок. Кроме того, чувство постоянной оглядки на США, а также опасение быть растворенными в американской экономике и культуре, сдерживает англофонов от демонстрации своего европеизированного англо-канадского превосходства в мире. И самое главное, они постоянно сталкиваются с отпором своей культуре франкоканадцами.

В принципе фундаментом всей англо-американской культуры являются три слова — buy and sell (купи и продай). На этом построена вся рыночная демократия Северной Америки. Здесь нет людей, есть только продавцы и покупатели. Франкоязычных квебекцев тошнит от этого бизнесменства, когда вся жизнь вертится вокруг денег. Их тяготит и англосаксонский индивидуализм, устремленный к одной цели — стать миллионером. У французов другая система ценностей. Для них общинность предпочтительнее индивидуализма, абстрактные категории как любовь, товарищество, дружба более важны, чем конкретные материи в виде доллара, дома и машины. Последние слишком примитивны для французского мышления.

Несовместимость очевидная. Отсюда взаимное раздражение, взаимное неприятие и взаимное непонимание. Попытки французских квебекцев отделиться от остальной Канады фактически означают вызов англосаксонской Канаде, ее культуре, ее образу жизни, и в конечном счете Североамериканскому капитализму. И это в особенности бесит англо-канадцев...

Миф о межнациональной гармонии

Наши представления о Канаде как стране  образцовых межнациональных отношений резко пошатнулись после приезда сюда.

Обнаружилось, что до сих пор не решены взаимоотношения с индейцами. К примеру, в 1995  произошли кровавые столкновения между полицией и индейцами в Онтарио и в провинции Британская Колумбия из-за территориальных размежеваний.

Уже сейчас создаются предпосылки для будущих столкновений между канадцами и иммигрантами, особенно из Китая, точнее из Гонконга, Тайваня и КНР. Их становится все больше и больше, что вызывает нервозность со стороны англофонов в Британской Колумбии и в Онтарио (места концентрации китайцев). Некоторые начали, пока в шутку, называть Ванкувер Чайваном (China+Vancouver= Chivan) или Гонкувер. Хотя прямых столкновений между различными национальными общинами, как, например, в США, в Канаде, слава богу, нет, но многие политологи не исключают их в будущем. Но вот что заметно уже сейчас.

Канада не является страной, в которой как в "плавильным котле" перемалывались бы национальные культуры в единую общеканадскую культуру. Здесь действительно существует много национальных довольно спаянных общин. Выделяются по многочисленности и организованности китайская, японская, индийская, украинская, еврейская, итальянская, немецкая общины.  Эти общины весьма ревностно и довольно успешно сохраняют собственную национальную сущность, включая язык и культуру. И все они находятся в состоянии мирного сосуществования, не сливаясь ни между собой, ни с коренными канадцами. Другими словами, они не формируют общенациональную канадскую культуру. Они не обогащают друг друга, а просто сосуществуют друг с другом: японская сама по себе, китайская сама по себе и все сами по себе. Китаец, хоть и с канадским паспортом, остается китайцем, японец японцем и т.д. Причем в любом поколении. Даже если у него родным языком является английский, он все равно китаец, немец, итальянец. Полная ассимиляция в англосаксонскую культуру канадского типа происходит с очень тонким слоем любых иммигрантов и только в случае полной оторванности от своих общин.

Таким образом, принцип мирного сосуществования восторжествовал на практике. Пока. Но я не исключаю, что по мере массового притока иммигрантов, прежде всего, из Китая (речь может идти о миллионах) и усиления их экономического веса в стране соотношение сил может измениться не в пользу англосаксов. Беспокойство в этой связи проявляется в открытой атаке одной из партий (Партии Реформ) против правительственной иммиграционной политики.

Аналогичные опасения высказываются и в США, правда, в основном по поводу наплыва испаноязычных эмигрантов, занимающих очень серьезные позиции в экономике, культуре и политике США. Известная НАФТА (Северно-американское соглашение о свободной торговле), открывающая экономические границы Мексики, США и Канады, способствует этому процессу. Некоторые американские авторы прогнозируют в следующем веке межнациональные катаклизмы в США с угрозой распада этой страны на ряд самостоятельных территорий или языковых анклавов (к примеру, испаноязычный анклав). В газетах постоянно сообщается, как белые американцы под напором черных и азиатов снимаются с насиженных мест и устремляются в "белые" районы. Например, за период с 1985 по 1990 гг. из Нью-Йорка уехало полмиллиона человек, Техаса и Иллинойса по 250 тыс. человек, Массачусетса — 114 тыс. человек (5). "Америка, — пишет журналист, — разделилась на две совершенно различные нации: одна — меняющаяся, взбудораженная, крайне разнообразная, другая — степенная, спокойная, белая. И обе нации в опасном противостоянии друг к другу: в политических, экономических и культурологических отношениях". Названия статей говорят сами за себя — "Балканизация Америки", "Апокалипсис США" и т.д. (6).

В США, также как и в Канаде, вместо "плавильного котла" получился многослойный пирог с дымовой шашкой вместо начинки. Когда взорвется, никто не знает, но все знают, что взорвется обязательно.

Русские в Канаде

Что касается русских, то у них, естественно, все не так, как у всех. Для начала следует подчеркнуть, что представители практически всех общих, за исключением русских, оказывают помощь друг другу с момента въезда в Канаду и на протяжении всей жизни. Иная ситуация с русскими в Канаде — фактически полное отсутствие взаимоподдержки и солидарности. Этот феномен имеет и свое объяснение.

По официальным данным на 1991 г., русский язык считают родным от 32 до 35 тыс. канадцев, однако количество рожденных в России/СССР достигает около 100 тыс. человек. Любопытно, что в 1971 г. таковых было около 160 тыс. человек при население Канады в 21 млн. человек, а в 1951 г. 188 тыс. при население в 14 млн. человек. С одной стороны, подобные пропорции свидетельствуют о естественной убыли русско-советско рожденных, с другой — об их миграции, после получения канадского гражданства, в другие страны. Последнее отражает, видимо, неприятие русскими канадского образа жизни и желание уехать отсюда при любой благоприятной возможности.

По неофициальным данным на 1996 г., рожденных в СССР/России в Канаде насчитывается от 150 до 200 тыс. человек. Эти цифры можно воспринимать как отражение распада СССР и эффекта "капиталистических реформ" на территориях бывшего Советского Союза. Большей частью советско-российские иммигранты живут в провинциях Онтарио, Британская Колумбия, Альберта и Квебек. В районе Большого Ванкувера их приблизительно около 10 тыс. человек.

Нынешняя волна эмиграции, которая берет начало где-то с конца 80-х годов, — это люди, принадлежавшие к разным социальным слоям в России, качественно отличаются от предыдущих эмиграционных потоков. Первая послевоенная волна связана с русскими иммигрантами, приехавшими из Китая (так называемая Харбинская иммиграция), вторая — иммигранты 70-х — начала 80-х годов. И первые, и вторые убегали от социализма. Нынешняя волна покатилась от так называемого российского капитализма, отбросившего страну к пучину беспрецедентного в мировой истории хаоса. Это означает, что большинство свежеиспеченных иммигрантов не смогли изжить из себя социалистический умострой и образ жизни, т.е. не смогли вписаться в капиталистическое общество у себя на родине. Но они лелеют надежду внедриться в цивилизованный капитализм, в частности, в Канаде. Наш опыт общения с новыми иммигрантами говорит о том, что они  в своем большинстве абсолютно не представляют реальностей здешней системы. Не понимают, что вежливый, улыбчивый Североамериканский капитализм по своей сути мало чем отличается от бандитского "капитализма" в России. В результате они начинают жизнь как слепые котята, растрачивая свои небольшие накопления на познание этих самых реальностей. Оканадившиеся русские первой и второй волны помогать новичкам не хотят. Это приходилось и наблюдать, и чувствовать в общении. Все это имеет свои логические причины.

Во-первых,  между самими этими двумя первыми волнами не существует тесной взаимосвязи, поскольку интегрировались они в разных условиях и с опорой на различные источники поддержки. Первая волна, объединенная "китайской судьбой", приехала во времена либеральных иммиграционных условий в Канаде и опиралась на свои финансовые возможности, которые у некоторых были немалые. Вторая волна — "семидесятники" — в основном евреи, т.к. только они имели возможность законно эмигрировать в те времена. Они, естественно, опирались на помощь довольно сплоченных еврейских общин, которые, кстати, до сих пор оказывают существенную помощь и нынешней волне российских евреев (7). Несмотря на дистанцирование между этими двумя категориями, их объединяет мотив трудности вживания в канадское общество. Отсюда их общий рефрен: мы, мол, с трудом вживались, и, дескать, никто нам не помогал, теперь вы пробуйте.

Во-вторых, "китайцы" — иммигранты почтенного возраста, что также ограничивает их возможности как-то соучаствовать в судьбе "новых", даже если бы и возникло такое желание.

В-третьих, у многих "китайцев" сохранились монархические умонастроения, определяющие их раздражительное неприятие "совков" (простите за набившее оскомину слово, но оно отражает реальный облик большой части новой волны).

Кроме того, несмотря на спорадические контакты с Россией, они фактически не знают (да и знать не хотят) ни этой страны, ни ее жителей. В массе своей они не знают культуры советского периода. Похоже, они уже перестали быть русскими (хотя не стали и настоящими канадцами). Поскольку уезжали они от "варварства красных и советских" на их Родине, то и увезли они "свою Родину" в иммиграцию. Объединившись между собой, они создали так называемую русскую общину, которая больше похожа на большую семью, чем на официальную структуру. Здание, принадлежащее русским "китайцам", они назвали Русским центром в Ванкувере, который никакого отношения к реальной России не имеет. Он не превратился в центр русской культуры, если не считать культурой чаепития с самоваром "а ля рюс", где русские "бабки" разговаривают на ломаном русско-английском языке. Все это напоминает Булгаковский "Бег". Хотя уже и русские не те, и время не то. Собираясь "по блины", они все же приглашают и всех желающих зайти к ним (в том числе и всех канадцев), но это — их бизнес, а не желание быть именно русским Центром. Не стремятся они пропагандировать и русскую культуру внутри канадского общества. Нет их ни на телевидении, ни на радио на тех каналах, которые используются для пропаганды иммигрантской культуры всех имеющихся национальных общин. Не пришло им ("белой гвардии") в голову и издавать газету или журнал — естественный орган, объединяющий любую общину. Короче говоря, судьбы России и россиян, в том числе и иммигрантов, эту категорию русских канадцев не волнует и волновать не будет.

Еще один дом в Ванкувере отмечен вывеской как "Русский дом", однако он практически всегда закрыт, несмотря на огромное здание, напоминающее театр. В нем собираются русско-беларусско-украинские семьи по праздникам, где участники художественной самодеятельности поют до сих пор "Мы кузнецы" под чудовищный по составу оркестр. Это скорее компрометация русской культуры, чем ее показ. Вот такая культура. Никого в организационную структуру держатели дома не допускают (это их бизнес), хотя и сами не являются собственниками здания.

Таким образом, новой волне приходиться полагаться на себя, что не всегда получается. Многие брались за организацию настоящего Русского центра, однако, дело не пошло дальше разговоров по вполне понятным причинам — материального обеспечения коммуны. До "матери-родины" не достучаться, не дозвониться, русские представительства заняты отбором денег, а не содержанием коммун, пожертвования среди русских исключены, истории и традиций Русских Коммун за рубежом нет. Бредовые идеи о русских "Нью Васюках" так и висят в воздухе. Все это является причиной бесконечных насмешек как со стороны еврейской, украинской и др. бывших русских объединений, в том числе и самих русских, рассыпанных по миру в штучном изготовлении.

За русскими в Канаде идет не самая лучшая слава. Во-первых, главный "отряд"  вэлфероносцев — они, земляки. Отмечу для информации: ни один китайский эмигрант не получает вэлфера; в китайской культуре получить что-то незаработанное — унизительно. Русские же умудряются получить не только вэлфер, но  и продуктовое пособие, причем в нескольких местах (8). И самое удивительное, получая эту милость от государства (или от других общин), умудряются это же государство и обмануть: работают (9). Таких "жуков" среди русских очень много. Вот за это их и не любят те, кто прожил свою жизнь здесь, трудясь и вживаясь. Есть за что.

При всем негативном отношении к такому стилю жизни хочется особо подчеркнуть, что люди, попав в затруднительное положение, в Канаде с голоду не умирают. Все необеспеченные имеют квартиры, обучение, даже оплаченный проезд, бесплатную медицину и официально пожертвованное государством питание. Этого, по стандартам многих русских вполне достаточно. Более того, они на все эти дотации живут надежнее тех, кто, работая, получает примерно столько же, сколько и вэлференосцы. Вот это и есть перенесенный "совкизм" за границу: иметь "халяву" от государства — то, к чему россияне так привыкли в Советском Союзе (10). Но ведь идея иммиграции — это "жить в цивилизованном мире", то есть как "они". Однако русский за границей живет, в основном, приспосабливаясь к любым подпиткам, поскольку не может в силу своих национальных особенностей принять основу западной цивилизации — конкуренцию и закон. За это русских и не любят и даже презирают как "свои", так и "чужие" (11).

"Жуки" — старожилы могут этому научить за определенную плату. Другими словами, люди без стыда и совести в физическом смысле не пропадут и здесь. Они, правда, нигде не пропадут. Но понятно, что это — человеческий шлак.

О "новых русских" беспокоится, мы думаем, не стоит. Они достаточно оснащены знанием добывания денег. В капиталистическом мире эта грамота очень сходна с новыми российскими университетами, кроме одного: здесь не удастся избежать налогов (12). Нам бы, честно говоря, очень хотелось бы здесь увидеть лидеров капитализации России, к примеру, парочку главных "гнедых", в условиях действительного, а не криминального капитализма. Давно теоретиками расписано, что любой бизнес — это обман — "купил дешевле, продал дороже", это спекуляция на незнании или неумении покупателей. Это в настоящее время и есть идеология российского квази-капитализма, который не имеет ничего общего с реальным капитализмом, где конкуренция и закон определяют его суть. "Новые русские" во главе со своими лидерами высоко несут знамя "победы над честью России" и продолжают кромсать судьбы россиян, вынуждая их к эмиграции.

Для людей, сохраняющих свое достоинство, вхождение в новый тип общества особенно затруднительно по причинам, о которых говорилось выше. Общение с такого типа людьми подтвердили наши собственные выводы о том, насколько чужды рыночные ценности русской душе и духу, насколько канадская культура отличается от русской. Именно эта категория иммигрантов — по-настоящему русских — очень долго не может найти свое место под канадским солнцем. Может быть, советы, предложенные в следующих главах, помогут им облегчить процесс выживания в канадское общество.


Примечания

1. «The Vancouver Sun», April 22, 1994.

2. «The Vancouver Sun», Oct. 2, 1993.

3. Andrew H. Malcolm. The Canadians. Toronto: Paper Jacks Ltd.,1987, p.79. Цит. по: «Новое Русское слово», 20 февраля 1996 г., с. 6.

4. «The Vancouver Courier», Oct. 29, 1995.

5. «The Weekend Sun», August 21, 1993, p. B-1.

6. «The Weekend Sun», August 21, 1993, p. B-1, December 4, 1993, p. A-15.

7. Еврейская коммуна — одна из самых крепких в Ванкувере. Помогает людям беспроцентным займом денег, при необходимости обеспечивает бесплатной мебелью, одеждой, питанием, помогает найти работу. Имеет свои культурные центры, спортивные клубы, церкви, печатные издания.

8. Не имея своей собственной коммуны, они "присоединяются" под любыми жалостливыми предлогами к другим. В Канаде редко отказывают, если просишь. Русские изгои просят.

9. Работающие люди не имеют права на бесплатное обслуживание, вэлфер или продуктовую поддержку.

10. Это все относится к проживанию только в Канаде

11. Ни один "средний" канадец или американец вообще никогда не пойдет за сумкой бесплатных продуктов. Наоборот, он отдаст купленные в магазине продукты и положит их в специально существующие контейнеры для продуктовых пожертвований. Вэлфером сами канадцы пользуются в исключительных случаях. Им этого не нужно, поскольку они имеют работу, и если потеряли ее, то получают пособие по временной безработице. Кроме того, вэлфер понижает кредит-рейтинг. Это значит, что банк может не дать вам просимую под проценты ссуду на то или иное дело, например, получение кредитных карт и других процентных услуг. Вэлфер говорит о том, что вы или не ищете работу, или не способны это делать по каким-то причинам. Для банка это достаточное основание не субсидировать вас. Конечно, есть разные способы получения "А" кредит-рейтинга, но это уловки не для полезных, а криминальных советов.

12. Более того, в Канаде вышло постановление о том, что любое частное лицо, в любом месте проживания может потребовать в соответствующих департаментах отчет об оплате налогов, принадлежности любой собственности, ремонтных и др. затратах, вплоть до мелочей и т. д. То есть у любого заинтересованного лица есть прямая возможность проконтролировать вашу жизнь. Таков закон. И это то, что все американцы чтут и чем гордятся. Мы, проверяя действие закона, захотели поинтересоваться историей и принадлежностью "Дома русских канадцев". За восемь канадских долларов мы получили подробную информацию об этом Доме, налогах и материальных затратах его содержателя и т.д.  Любой юрист может пойти в своем расследовании значительно глубже. Все это заняло 10 минут, поскольку Канада — компьютеризированная страна. Многие люди этого не знают, в частности "новые". Так что, только копни. Закон стоит на страже. Правда, есть закон Симпсона, Майкла Джексона, но средним "новым" с ними не тягаться. И, тем не менее, все это нужно иметь в виду.


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ