Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Демографический кризис в России: факторы и последствия

Валерий Елизаров

Восемь с половиной лет назад, в конце 1991 года, показатели смертности в России впервые превысили показатели рождаемости. Началось сокращение населения России, продолжающееся по сей день, и не имеющее шансов остановиться в ближайшей перспективе. Население России составило примерно 145,3 млн. человек на 1.04.2000 г. (148,7 млн. на 1.01.1992 г.), и будет продолжать сокращаться и далее, в среднем, примерно на 0,3-0,8 млн. ежегодно (в зависимости от уровня рождаемости и величины миграционного прироста). В 1999 году Россия переместилась с 6-го на 7-е место среди наиболее населенных стран мира (ее догнал и перегнал Пакистан). К 2010 году численность россиян сократится примерно до 140 млн. человек.

Поскольку сокращение населения в большей степени затронуло города, и в меньшей — сельскую местность, то привычный в 60-80-е годы рост доли городского населения сменился сокращением — с 73,9% в 1990 году до 73,0% в 1994 году и несколько подрос — до 73,2% к 1998 году.

Продолжается старение возрастной структуры населения, и в 1999 году численность лиц пенсионного возраста впервые превысила число детей до 16 лет. За 10 лет, прошедших после переписи 1989 года, число детей до 16 лет сократилось с 36,0 млн. человек до 30,3 млн., а численность пенсионеров выросла с 27,2 до 30,4 млн. человек.

Если в целом в населении доля женщин составляет около 53%, и сейчас число женщин примерно на 9 млн. превышает число мужчин (женщин — 77,2 млн., мужчин — 68,1 млн. человек), то в старших возрастах численность женщин в несколько раз больше, чем мужчин-ровесников: в возрастах 70-74 года — в 2 раза, в возрастах 75-79 лет — в 3 раза, в возрастах старше 80 лет — в 4 раза (!).

Негативные изменения в рождаемости особенно обострились в начале 90-х годов. В 1990 году общий коэффициент рождаемости (число рождений на 1000 жителей) составлял 13,4, к 1999 году снизился до 8,3 в 1999 году. В 1999 году число родившихся составило 1216 тыс. — самый низкий уровень в нашей современной демографической истории, в 1998 году — 1283 тыс. человек (для сравнения: в 1987 году — 2500 тыс. рождений, в 1990 году — 1989 тыс.). Суммарный коэффициент рождаемости снизился с 2,194 в 1986-1987 годах до 1,887 в 1990 году и составил 1,242 в 1997 году. Сократилось как число первенцев, так и родившихся вторыми и третьими. Доля первых рождений увеличилась до 58,7% в 1998 году. Снижение рождаемости — это реакция на снизившийся жизненный уровень.

За 1987-1997 годы число рождений сократилось на 49,6%. При этом число вторых рождений снизилось с 996 тыс. человек до 370 тыс. (-63%), число третьих рождений — с 310 тыс. до 99 тыс. (-68%), четвертых и следующих — с 148 тыс. до 54 тыс. (-64%).

За этот же период число первенцев снизилось с 1045 тыс. до 737 тыс. (-29%). Это снижение определялось соответствующим сокращением числа вступающих в брак с 1443 тыс. в 1987 году до 928 тыс. в 1997 году (-36%).

Снижение рождаемости подтверждается сопоставлением данных переписи населения 1989 году и микропереписи 1994 году. Так, доля женщин, не имевших рождений, выросла с 27,2% до 29.7%, а доля женщин с 3 и более детьми снизилась с 22,4% до 18,3%. С 1989 года доля бездетных женщин в возрастной группе 20-29 лет увеличилась с 30% до 35%.

Основным средством регулирования размеров семьи остаются аборты. Согласно данным обследования ВЦИОМ (апрель, 1994), лишь 13% респондентов собирались сохранить беременность в случае незапланированного зачатия, 40% были намерены сделать аборт, 47% не могли ответить точно о своих намерениях.

По официальным статистическим данным, число абортов (на 1000 женщин в возрастах 15-49 лет сократилось со 114 в 1990 году до 61 в 1998 году, но при этом число абортов, как и прежде, вдвое превышает число рождений (т.е. около 200 абортов на 100 рождений). При этом число абортов у первобеременных (прерывание первой беременности особенно опасно из-за риска последующего бесплодия) почти не изменилось, а их доля в общем числе абортов выросла до 10,3% в 1998 году. В основном это молодые женщины в возрасте до 20 лет.
Снижение рождаемости сопровождалось вплоть до 1994 года ростом смертности. Общий коэффициент смертности (число умерших на 1000 населения) составлял 11,2 в 1990 году, вырос до 15,7 к 1994 году и несколько снизился — до 13,6 в 1998 году (в 1999 году — 14,6). Такая ситуация привела к устойчивому сокращению населения России с ноября 1991 году. В 1992 году коэффициент естественной убыли (на 1000 населения) составил -1,5, в 1994 — -6,1, в 1998 — -4,8 (в 1999 — -6,3).

Ожидаемая продолжительность жизни при рождении сократилась с 69,9 лет в 1988 году до 64,0 в 1994 году и составила 67,0 лет в 1998 году, при этом для мужчин снизилась с 64,8 лет в 1988 году до 57,6 в 1994 году и составила 61,3 лет в 1998 году. Из-за высокой сверхсмертности мужчин (в возрастах от 20 до 50 лет возрастные коэффициенты смертности мужчин в 4 раза выше смертности женщин), их продолжительность жизни ниже аналогичного показателя женщин на 11,6 лет (!).

Ухудшение питания и состояния окружающей среды привели даже к появлению вспышек таких инфекционных заболеваний как тиф и дифтерия, а высокие цены на лекарства создали основу для увеличения смертности, вызванной инфекциями. Выросло число убийств и самоубийств, жертв вооруженных конфликтов в регионах с межнациональными противоречиями. Число умерших составляло 1569 тыс. человек в 1988 году, 2301 тыс. в 1994 году, 2092 тыс. в 1996 году и 1989 тыс. в 1998 году (в 1999 году — 2140 тыс. человек — вновь рост!). Младенческая смертность выросла с 17,4 на 1000 родившихся в 1990 году до 19,9 в 1993 году и составила 18,7 в 1994 году, 17,4 в 1996 году и 16,5 в 1998 и 1999 годах.

Снижение рождаемости началось в 1988 году. С 1990-1992 годов оно сопровождалось и сокращением брачности. Так, в 1990 году число браков было 1320 тыс., в 1997 — 928 тыс., в 1998 — 849 тыс. Снижение брачности вызвано когортным эффектом: число 20-25-летних снижалось как результат низкой рождаемости в конце 60 — начале 70-х годов. Коэффициент брачности в России (на 1000 населения) снизился с 8,9 в 1990 году до 7,1 в 1992 году и составил 5,8 в 1998 году.

При сокращении числа зарегистрированных браков наблюдается некоторый рост числа неофициальных брачных союзов (в микропереписи 1994 года впервые учитывалось состояние в незарегистрированном браке). Косвенно это подтверждается и значительным ростом доли детей, родившихся у матерей, не состоявших в браке (с 10-11% в 80-е годы до 14,6% в 1990 году, 19,6% в 1994 году и до 27% в 1998 году). Наличие специальных пособий и льгот (пусть и небольших) для матерей-одиночек поддерживает распространение такой модели неполной семьи.

Снижение брачности сопровождается ростом разводов. Число разводов составило 560 тыс. (3,7 на 1000 населения) в 1990 году, превысило 680 тыс. (4,6 на 1000 населения) в 1994 году, и снизилось до 502 тыс. (3,4 на 1000 населения) в 1998 году. В последние годы соотношение между числом зарегистрированных разводов и браков увеличилось с 424 на 1000 браков в 1990 году до 649 в 1996 году и составило 591 в 1998 году. Это свидетельствует о тенденции к нестабильности семьи в переходный период.

Бездетность и малодетность широко распространены в России. В ближайшем будущем ситуация в рождаемости будет, видимо, определяться экономической и политической нестабильностью. Исследование, проведенное Центром по изучению проблем народонаселения МГУ еще в 1991 году, показало снижение репродуктивных намерений уже в первые годы переходного периода: так, обследованные семьи планировали иметь 136 детей на 100 семей, а не 1,7-1,8, как в предшествующие годы (См. Вестник МГУ. Экономика, 1992, № 3).

Другие данные также подтверждают изменение репродуктивных планов женщин. Согласно данным микропереписи 1994 года, 24% бездетных планировали остаться бездетными, 41% предполагали иметь одного ребенка, 31% — двух, 3,4% — трех детей. Если эти намерения реализуются, то в среднем это составит 1,12 ребенка на женщину, 76% респонденток с одним ребенком, 96% с двумя детьми планировали больше не иметь детей.

Экономический кризис способствует откладыванию вступления в брак, влияет на модель брачности, изменяя ее от прежней "иждивенческой" модели брака к "западной" модели (вступление в брак откладывается до достижения партнерами финансовой независимости).

Меры социальной поддержки не способны сдержать падение реальных доходов, ухудшение условий воспитания детей (более половины семей с детьми имеют доходы ниже черты бедности). В той же степени сегодняшняя социальная политика не способна улучшить условия для сохранения здоровья и работоспособности, изменить самосохранительное поведение, создав мотивацию к оздоровлению образа жизни (распространенность алкоголизма и пьянства, табакокурения и, в последние годы, наркомании — среди главных причин низкой продолжительности жизни в России).

После распада СССР потоки мигрантов и беженцев в Россию, особенно из районов вооруженных конфликтов, стали существенным фактором динамики населения, позволяя частично компенсировать естественную убыль в России, размер которой суммарно составил около 6 млн. человек за 1992-1999 годы. Миграция компенсировала во второй половине 90-х около половины естественной убыли населения.

Но миграционный прирост, составлявший в 1991 году 227 тыс. чел., увеличился до 841 тыс. в 1994 году и затем стал снижаться до 300 тыс. к 1998 году. Семьи мигрантов испытывают проблемы адаптации к новым условиям жительства и работы, проблемы с оформлением и получением пенсий и пособий и т.д. Мигранты из городов не желают работать в сельской местности.

Российские регионы характеризуются сохранением значительной дифференциации в демографических показателях между национальными автономиями и регионами и собственно "русскими" регионами, что затрудняет формулирование единых целей в демографической и семейной политике.

Предварительные данные за 1999 год показывают, что только-только наметившаяся в 1994-1998 годах тенденция к стабилизации и даже некоторому улучшению ситуации, вновь прервана, что можно трактовать как если не прямое, то косвенное следствие августовского 1998 года кризиса. Об этом же свидетельствуют и данные за первые месяцы 2000 года. Смертность и размер естественной убыли увеличились по сравнению с началом 1999 году, а число умерших (592 тыс. человек) почти вдвое превысило число родившихся (306 тыс. человек).

Так, за I квартал 2000 года постоянное население России уменьшилось на 235 тыс. человек (естественная убыль — -286 тыс. человек, миграционный прирост — +51 тыс. человек). Некоторый рост миграционного прироста (в I квартале 1999 года было +36 тыс. человек), обеспечил замещение естественной убыли мигрантами на 17,8%. Несколько сократилась миграция в дальнее зарубежье и возрос приток мигрантов из стран СНГ и Балтии. По данным ФМС России, на 1 апреля 2000 года насчитывалось 930 тыс. вынужденных переселенцев и беженцев. Из них 60% выехали из Казахстана (312 тыс. человек), Узбекистана (126 тыс.) и Таджикистана (104 тыс.).

Был отмечен рост смертности по всем основным классам причин. Так, от болезней системы кровообращения смертность выросла на 7,0%, от инфекционных и паразитарных болезней — на 9,9%, от болезней органов дыхания и пищеварения — на 12, 6%, от самоубийств — на 7,6%, от автотранспортных травм — на 10,2%, от убийств — на 19,2%, от случайных отравлений алкоголем — на 46,3% (!).

Рост числа разводов (27%) значительно перекрыл рост числа браков (17%). Всего в I квартале 2000 года на 1000 браков было зарегистрировано 842 развода, а в 17 регионах (Санкт-Петербург, Краснодарский и Хабаровский края, Мурманская, Брянская, Рязанская, Волгоградская, Самарская, Магаданская и Сахалинская области, республики Карелия, Коми, Адыгея, а также в нескольких автономных округах Сибири и Дальнего Востока число разводов превысило число браков (!).

Крайне низкая рождаемость (обеспечивает замещение поколений лишь на 60%) и сверхвысокая смертность (прежде всего мужская) остаются главными факторами продолжающегося демографического кризиса.

Разрабатываемая под эгидой Минтруда РФ концепция демографической политики России (в апреле 2000 года состоялось обсуждение концепции на заседании Межведомственной комиссии по социально-демографическим вопросам) вряд ли сможет повлиять на изменение ситуации в лучшую сторону без серьезного перераспределения ресурсов в пользу социальной сферы.

В то же время в условиях кризисного экономического и демографического развития как никогда важно грамотно и полно учесть все особенности сложившейся ситуации в выработке стратегии стабилизации и экономического роста. Так, в частности, необходим постоянный мониторинг существенных изменений в численности отдельных демографических сегментов и влияние этих изменений на емкость рынков товаров и услуг.

Повторю с некоторым уточнением примеры, которые были приведены мною и моими коллегами на "круглом столе" Никитского клуба. Численность детей 7 лет (первоклассников) сократилась с 1994 году почти на 1 млн. человек — это почти 40 тыс. классов, 40 тыс. учителей, которых надо было планомерно высвобождать и перепрофилировать. Почти вдвое (!) сократилось и число дошкольников. В то же время продолжается рост числа старшеклассников, выпускников школы. Число 17-летних увеличилось за 10 лет более, чем на 300 тыс. человек и продолжает расти (максимум придется на 2004 году — примерно 2,5 млн. человек). Растет конкурс в ВУЗы, растет спрос на высшее образование (количественный, который иногда принимают за рост престижа высшего образования), растет число коммерческих ВУЗов и мест в них. Но начиная с 2005 года число 17-летних начнет быстро уменьшаться — на 1 млн. человек всего за 5-6 лет (!). Резко снизится конкурс и набор в ВУЗы, прежде всего в платные, многие из которых не переживут быстрое снижение спроса на их услуги. Выход — в готовности к адаптации, в маневренности (например, переход к программам второго высшего образования, программам повышения квалификации и подготовка по новым специальностям и т.п.).

Продолжается рост численности молодежи в возрасте 17-21 год (с 9,3 млн. человек в 1990 году до 12,3 млн. в 2005 года — следовательно, увеличивается приток молодежи на рынок труда. При этом максимум притока молодых специалистов и рабочих придется как раз на ближайшие 5-7 лет. Именно в эти годы планируемая (с 2003 года) пенсионная реформа вынудит многих работников старших возрастов продолжать работать до достижения нового пенсионного возраста, препятствуя высвобождению рабочих мест для новых трудовых ресурсов. Поэтому было бы разумнее начинать реформу или в 90-е годы, или после 2005 года, поскольку за 10 лет (с 2005 по 2015 год численность молодежи в возрасте 17-21 год уменьшится с 12, 3 млн. до 6,6 млн. человек.

Еще пример. Нередко приходится слышать, что необходимость сокращения льгот (отсрочки от призыва) студентам, возобновление военной подготовки в школах и т.п. диктуется соображениями национальной безопасности, осложнением проблем с призывом в армию и объясняется демографическими факторами (мол, рождаемость-то низкая!). Но низкая рождаемость пока повлияла лишь на сокращение числа дошкольников и первоклассников. А вот численность 18-летних юношей (лиц призывного возраста) выросла с конца 80-х годов почти на 300 тыс. человек, продолжает расти и достигнет максимума в 2005 году. Это позволяет решать проблему призыва в армию без особого труда (даже при ухудшающемся состоянии здоровья призывников) и совершенно не стимулирует проведение военной реформы и переход к службе на контрактной основе. А вот за переделами 2005 года начнется стремительное сокращение числа потенциальных призывников (на 400 тыс. человек к 2010 году и еще на 200 тыс. к 2015 году (всего на 600 тыс. человек или почти вдвое за 10 лет). Вот тогда поневоле придется реформировать нашу армию и сократить число находящихся на военной службе, ибо призывников на все виды и рода войск не хватит.

Сегодня, как никогда ранее, важна демографическая экспертиза всех принимаемых социально-экономических решений и программ — о необходимости такой экспертизы уже не одно десятилетие говорят демографы со всех доступных им трибун. Однако идея демографической экспертизы так и остается пока благим пожеланием небольшого (и убывающего) отряда специалистов по проблемам народонаселения и, увы, пока не востребована властями — ни законодательной, ни исполнительной.


Елизаров Валерий Владимирович, Центр по изучению проблем народонаселения МГУ.

Статья опубликована на сайте "Никитского клуба". Перепечатывается в серии "Государство и антропоток" с разрешения редакции сайта "Никитский клуб"
http://www.nikitskyclub.ru/writings.php?idpublication=4&idissue=5&idarticle=16


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ