Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Население Приволжского федерального округа Российской федерации
в XVII – XX вв. в его современных границах
(численность, этнический, сословно-классовый состав)

Владимир Кабузан

Глава II. Население Приволжского федерального округа РФ во второй половине XIX — начале XX вв. (1858-1920 гг.)

§ 1. Население округа во второй половине XIX в. (1858-1897 гг.)

В пореформенный период уровень воспроизводства в России сильно повышается (см. табл. 15). В России в нынешних ее рубежах он вырос с 11,2 до 13,9%, причем это был непрерывный процесс (1861-70 гг. — 11,2%, 1871-80 гг. — 12,1%, 1881-90 гг. — 12,5%, 1891-1900 гг. — 13,9%). Это было вызвано, в первую очередь, за счет снижения смертности (с 39,4 до 34,2%). Падает и рождаемость (с 52,4 до 46,8%), но не в такой мере. Самым благоприятным для России (13,9%) и всей империи (14,5%) оказался период между 1891-1900 гг.

Отмена крепостного права улучшила условия жизни в России (особенно бывшего частновладельческого населения). Благотворное влияние на этот процесс оказало отсутствие длительных войн на территории страны и сокращение срока военной службы с 1874 г., когда в империи была введена всеобщая воинская повинность. Нельзя сбрасывать со счетов и укрепление торгово-экономических связей между различными регионами, что ослабляло и даже сводило на нет отрицательное влияние местных недородов. Наконец, и русская медицина (особенно земская) в пореформенные годы добилась несомненных успехов. В пореформенный период в стране уже не было таких сильных эпидемий чумы и холеры, как в XVIII — первой половине XIX вв. В этот период в России понижается доля сельского населения, проживающего за чертой городов. Если на рубеже XIX в. (V ревизия) городское податное население (купцы и мещане) составляло 4,2%, то в 1897 г. –6,3% жителей империи. Однако живущее в городах население росло гораздо быстрее: IV ревизия (1782 г.) — 9,4%, X (1858 г.) — 9,7%, перепись 1897 г. — 13,4% жителей страны.

В регионах Приволжского округа естественный прирост оказался пониженным (значительно ниже среднего по России и империи) в Нижегородской области и Северном Приуралье (кроме 1871-80 гг.).

В Нижегородской области он не только был низок, но постепенно понижался с 1871 г. В Северном Приуралье естественный прирост также был не высок и лишь в 1871-1880 гг. превысил общероссийские показатели.

В Нижнем Поволжье он был повышен (особенно в 1881-90 гг. — 17,6%), но в 90-е годы — упал до 11,8% (в России — 13,9%). Это было обусловлено отрицательным влиянием голодных лет начала 90-х гг., когда смертность значительно превысила рождаемость.

В Южном Приуралье естественный прирост в 60-е годы лишь немногим превысил общероссийский (11,5 к 11,2%). Но в 70-90-е гг. он оказался очень высоким (особенно в 1871-1880 гг. — 19,3%).

В Среднем Поволжье показатели воспроизводства жителей оказались несколько повышенными и лишь в 90-е гг. они упали до очень низкого уровня (10,5%) в результате голода в регионе, как это было и в Нижнем Поволжье. А в целом в округе из-за северных регионов (Северное Приуралье и Нижегородская область), где естественный прирост всегда был понижен, а также недородов 90-х гг. оказался лишь немногим выше, чем в России в целом.

Роль миграции в общем движении населения Приволжского округа во второй половине XIX в. резко снижается. В этот период подавляющая масса переселенцев устремляется уже на Северный Кавказ, в Новороссию, а с середины 80-х гг. — в Сибирь и Казахстан. Тем не менее, заселение Нижнего Поволжья и особенно Южного Приуралья продолжалось и в эти годы.

С 1866 г., когда государственные крестьяне были переданы из ведения Министерства государственных имуществ в общекрестьянские учреждения, они были лишены права пользоваться предоставляемыми им кредитами и льготами. Все переселения совершались теперь за счет самих крестьян и дозволялись лишь в случае приобретения земли в районах водворения. Лишь немногие наиболее зажиточные крестьяне могли осуществить их. Что касается бывших помещичьих крестьян, то они были переведены на положение временнообязанных (до полного расчета с их бывшими владельцами) и так же не могли легально участвовать в миграционных процессах. Правда, какая-то часть крестьян нелегально участвовала в переселениях, бросая на старых местах все свое имущество, но положение таких мигрантов было крайне незавидно.

Тем не менее, переселение на окраины продолжалось. В Южное Приуралье, по данным губернаторских отчетов, в 60-е гг. XIX в. прибыло около 31 тыс. чел., а в Саратовскую — 17,1 тыс. чел.[1]

 В 70-е гг. XIX в. миграционное движение в России усиливается. Особенно сильно возрастают переселения крестьянства на окраины империи, хотя они в основном по-прежнему считались незаконными. Усиливается отток населения в Южное Приуралье. В 1869, 1871 и 1876 гг. были утверждены положения «Комитета по устройству сельского состояния», которые разрешили миграцию в Оренбургскую, Уфимскую и Самарскую губернии безземельных крестьян и лиц, имеющих так называемые дарственные наделы (четверть узаконенной нормы).[2]В 1871-1896 гг. механический прирост достиг в Уфимской губернии 102 тыс. чел., в Самарской — 17,1 тыс. чел. И одновременно из Вятской убыло 31,7 тыс. , из Казанской — 52,9 тыс. чел. [3]

В 80-е гг. правительство было вынуждено облегчить условия переселения из центральных малоземельных губерний на окраины, хотя право на миграцию сохраняли зажиточные крестьяне, располагающие средствами на переезд и обзаведение необходимым на новых местах. 10 июля 1881 г. после завершения работы «Особого совещания для разработки вопроса о крестьянских переселениях» были утверждены «Временные правила о переселении крестьян на свободные казенные земли».[4] Таким образом, в 80-х гг. XIX в. миграции экономически состоятельного крестьянства на окраины вновь (после периода с 1867 по начало 80-х гг.) были признаны законными и полезными для государства. С 1893 г. переселенцам уже выдаются путевые пособия, оказывается врачебно-продовольственная помощь и устанавливается пониженный переселенческий тариф, равный трети проезда в вагонах четвертого класса.[5]

По данным переписи 1897 г., зафиксировавшей сведения о «неместных уроженцах» (то есть мигрантах, которые фактически приняли участие в миграционном процессе в 70 — середине 90-х гг. XIX в.) оказалось, что Среднее Поволжье потеряло 435,4 тыс., Северное Приуралье — 284,7 тыс., Нижнее Поволжье — 12,0 тыс. чел. И одновременно Южное Приуралье приняло 248,7 тыс. чел. [6]Таким образом, мы видим, что в пореформенный период регионы, составившие Приволжский федеральный округ, уже отдают гораздо больше переселенцев, чем получают. Мигранты округа начинают принимать весьма активное участие в заселении Сибирии особенно соседнего Казахстана.

В 1858-1897 гг. все население на территории Приволжского федерального округа увеличилось на 49,7%, а России — на 49,4%. Таким образом, различия в показателях прироста оказались небольшими. И это, как было показано выше, было обусловлено естественным приростом, который в целом был ненамного выше среднего по стране, и начавшимся оттоком жителей в другие регионы России. В Нижегородской области общий прирост населения в этот период увеличился всего на 32,8% (см. табл. 8). В Среднем Поволжье и Северном Приуралье (соответственно на 37,9% и 44,8%) он также уступал среднему по России. И лишь в Нижнем Поволжье (на 65,1%) и особенно в Южном Приуралье (на 86,5%) он оказался повышенным. Здесь и естественный прирост значительно превосходил средний по стране, и приток новых мигрантов продолжался, хотя и не такими высокими темпами, как в XVIII — середине XIX вв.

В Среднем Поволжье общий прирост населения лишь в Татарстане превысил средние по России показатели (49,5% к 49,4%). В остальных субъектах нынешней РФ он был намного ниже (в Мордовии — на 23,8%, Пензенской области на 28,8%, Ульяновской области — на 31,5%, Чувашии — на 39,9%, в Марийской республике — на 42,9%).

В Южном Приуралье очень высокий прирост был зарегистрирован в Оренбургской области (на 88,8%), но и в Башкирии оставался весьма высоким (на 83,3%).

Во второй половине XIX в. в округе в национальном составе его жители происходят значительные изменения. Здесь весьма заметно понижается удельный вес русских и татар, остается неизменной доля чувашей, марийцев и коми-пермяков и растет — у всех прочих народов (см. табл. 13-14).

Доля русских снизилась с 71,7% до 68,2%. Процесс этот фактически охватил почти все регионы округа. Лишь в Нижегородской области (с 90,0 до 90,7%), Пензенской области Среднего Поволжья (с 82,0 до 84,8%) и в Башкирии (с 34,2 до 36,1%) отмечается небольшой прирост.

В Среднем Поволжье удельный вес русских упал с 61,8 до 57,9%. Особенно заметно доля русских в этом регионе упала в Татарстане (с 48,1 до 42,7%) и в Ульяновской области (с 85,2 до 80,8%). Здесь прирост был зарегистрирован в Казанском (с 54,2 до 54,8%), Свияжском (с 64,6 до 68,6%) и Елабужском уездах (с 47,6 до 53,3%), а в остальных отмечается падение. Особенно сильным оно было в Мамадышском (с 42,0 до 25,1%), Спасском (с 63,7 до 58,4%), Мензелинском (с 45,0 до 32,6%) и Бугульминском (с 44,7 до 31,9%) уездах.

В Северном Приуралье удельный вес русских упал с 85,5 до 82,9%, в Нижнем Поволжье — с 79,9 до 74,5%, в Южном Приуралье — с 51,9 до 51,6% (за счет Оренбургской области, где русских было в 1850 г. — 70,5%, а в 1897 г. — 66,7%).

Снижение это следует объяснять рядом причин. Во-первых, естественный прирост у русских Нижегородской области и Северного Приуралья был гораздо ниже, чем в регионах преобладающего проживания других народов (Южного Приуралья, Среднего Поволжья).

Во-вторых, в переселенческом движении из округа в другие регионы страны принимало участие в основном русское население. Об этом красноречиво свидетельствуют губернаторские отчеты и результаты переписи 1897 г. о так называемых неместных уроженцах. В новых заселяемых регионах (Сибирь, Казахстан) среди мигрантов из Приволжского округа преобладали русские.

В-третьих, ассимиляционные процессы в регионе в пореформенный период не получили сколько-нибудь сильного распространения. Более того, нерусское население здесь в ходе переписи получило в первый раз реальную возможность указать свою национальную принадлежность.

Удельный вес татар в округе снизился в 1858-1897 гг. с 9,6 до 8,8%. Он фактически не изменился в Нижегородской области (3,4 и 3,3%) и в Нижнем Поволжье (4,0%). Заметный прирост был зарегистрирован в Среднем Поволжье (с 35,0 до 36,9%). Однако, в Северном Приуралье (с 2,1 до 1,2%) и особенно Южное Приуралье (с 18,3 до 6,7%) удельный вес татар сильно понижается. И это было вызвано не фактическим понижением, а изменением методов подсчета. До 60-х гг. XIX в. татарское население в Южном Приуралье регистрировалось правильно. К татарам причислялись собственно татары, а также переселенцы из Среднего Поволжья — мещеряки и тептяри с бобылями. Однако в 60-е гг. в ходе реорганизации иррегулярного войска башкиры были объединены с мещеряками в одну войсковую сословную группу. Это привело к тому, что с этого времени башкиры рассматриваются вместе с мещеряками.[7] А в ходе производства переписи 1897 г. мещеряки-татары регистрируются как башкиры. Все это в известной мере способствовало поглощению башкирами части мещеряков-татар. Однако полного слияния не произошло. В 1920 г. при производстве новой переписи многие мещеряки осознали себя татарами. Поэтому в округе в 1850 г. доля татар в округе достигала 9,6%, в 1897 г. — 8,8%, а в 1920 г. — 10,9%. Фактически в 1897 г. она не должна была уступать и фактически не уступала 10%.

А доля башкир в округе достигала в 1850 г. — 3,1%, в 1897 г. — 5,8%, в 1920 г. — 4,3%, в 1939 г. — 2.7%. фактически она не могла в 1897 г. превысить 4%.

Рассмотрим, как зарегистрирован этот процесс по результатам ревизии 1850 г. и переписи 1897 г.

В 1850 г. в Южном Приуралье доля татар достигала 18,3%, а в 1897 г. — 6,7%, а башкир соответственно 18,2 и 27,0%. В Оренбургской области ошибок в регистрации не произошло. Здесь татары достигали в 1850 г. 3,9%, а в 1897 г. — 6,3%, а башкиры — 12,7 и 9,9%.

А вот в Башкирии (большей части Уфимской губернии) татары в 1850 г. составляли 32,0% всего населения, а в 1897 г. — только 7,0%, а башкиры — соответственно 23,4 и 44,5%.

В Белебейском уезде доля татар достигала в 1850 г. 43,8%, а в 1897 г. — только 13,5%, а башкир соответственно 26,6 и 53,8%.

В Бирском уезде татар было в 1850 г. 33,7%, а в 1897 г. — 1,0%, а башкир — соответственно 26,0 и 52,7%, в Стерлитамакском было татар 21,7 и 11,1%, а башкир 33,8 и 35,4% и в Уфимском татар 27,6 и 3,9%, а башкир 11,1 и 30,7%. Иными словами, в Башкирии в конце XIX в. башкиры фактически не располагали относительным большинством в населении этого региона. Более того, они уступали в этом отношении русским и даже татарам. Русские уже имели относительное большинство (более 36% всех жителей). На втором месте находились татары (около 33%). И лишь на третьем башкиры (менее 25%). Сохранившиеся источники (по населенным пунктам) позволяют исправить неточность переписи 1897 г., тем более, что все предшествующие ей ревизии и последующие переписи позволяют дать правильную, реальную картину динамики этнического состава в округе по крайней мере со второй половины XVIII в.

Учет других народов, проживающих на землях округа, следует признать достаточно точным. Во всяком случае, все ревизии и переписи рисуют убедительную картину изменений в этническом составе его жителей. Данные о естественном приросте, миграциях, возможных ассимиляционных процессах нигде не противоречат ходу этого процесса. Хотя бесспорно, что качество источников постепенно повышалось, особенно с конца XVIII в.

Значительный интерес представляют данные о сравнительно немногочисленных народах округа, доля которых, однако, особенно быстро росла в пореформенные годы. Речь идет о немцах. Они составляли в 1850 г. — 0,8%, а в 1897 г. — 1,4% всех жителей. Немецкое население составило в Саратовской области в 1850 г. 6,7%, а в 1897 г. — 10,4% всех жителей. Притока немецких мигрантов сюда в заметных размерах после 60-х гг. XVIII в. не было. Однако у немецких колонистов здесь отмечался исключительно высокий естественный прирост.

Украинцы составили в 1850 г. 0,7%, а в 1897 г. — 1,3% жителей округа. В 1850 г. они достигали 4,2%, а в 1897 г. — 5,7% населения Нижнего Поволжья. В Саратовской губернии они достигали в 1850 г. — 5,7%, а в 1897 г. — 7,4%. Во второй половине XIX в. заметного притока украинцев сюда не отмечалось, и такое значительное повышение их удельного веса следует объяснять ростом качества их регистрации.

И, наконец, к 1897 г. в округе появляется в числе постоянных жителей немногочисленное еще еврейское (0,2%) и казахское (0,4%) население.

Таким образом, вторая половина XIX в. явилась тем периодом, когда рост населения округа замедляется. Падают показатели воспроизводства, и приток мигрантов постепенно сменяется их оттоком. Однако в целом доля населения на территории округа по отношению ко всем жителям России фактически не изменилась (равнялась 28,2%).

В эти годы в этническом составе населения округа происходят заметные перемены. Понижается удельный вес русских, в связи с их оттоком в другие регионы и более низким уровнем естественного прироста. Доля других этносов по уточненным данным фактически не претерпела существенных изменений. И одновременно с этим увеличивается удельный вес украинцев и немцев, и появляется еще немногочисленное еврейское и казахское население.

§ 2. Население округа в начале XX в. по результатам переписей 1897, 1917 и 1920 гг.

В начале ХХ в. в России происходит дальнейшее возрастание показателей роста населения, прерванное только войной 1914-1918 гг. В 1901-1910 гг. естественный прирост в России повысился до 15,8%, а в империи — до 16,0% — самого высокого уровня в Европе и в истории России XIX — начала XX вв. Первая мировая война и последующие события 1918-1920 гг. привели к тому, что в 1911-1920 гг. рост воспроизводства в России упал до 3%, а в 1911-1916 гг. составил — 13,2% (в империи — 14%).

В 1911-1916 гг. естественный прирост в России понижается. В 1900-1910 гг. на этот процесс отрицательное влияние оказала революция 1905-1907 гг., однако в 1906-1907 гг. естественный прирост в империи повышается, достигнув максимума в 1907 г. (18,1%). Затем в 1908-1910 гг. происходит временный спад (1908 г. — 16,3%, 1909 г. — 15,2%, 1910 г. — 14,1%). Однако, в 1911-1914 гг. естественный прирост вновь растет (максимум в 1911 г. — 17,0%).

В годы первой мировой войны естественный прирост в России резко снижается: в 1915 г. — до 9%, в 1916 г. — до 4,8%.

В 1917 г. в Российской империи уже был отрицательный показатель воспроизводства населения. По подсчетам советского статиста Б.Ц. Урланиса смертность тогда впервые опередила рождаемость на 600 тыс. чел. (родилось 3,9 млн., умерло 4,5 млн. чел.) и естественная убыль достигла 3,7%.[8]

Такая же картина отмечается и в 1918 г. В Европейской России за счет огромного роста смертности, естественный прирост составил отрицательную величину — 12,2% (по А.Я. Боярскому — 9,5%) или более 2,4 млн. чел. [9]

В 1919 г. ситуация в Европе меняется коренным образом. Исключение тогда составили Советская Россия и другие части бывшей Российской империи. В России в 1919 г. естественный прирост понижается до отрицательной величины — 15%. На смену мировой войне пришла гражданская война, разруха, голод, эпидемии болезней. И все это повысило смертность.

Лишь немногим лучше оказался 1920 г., когда естественная убыль равнялась 12,1%. В России в 1911-1916 гг. население за счет естественного прироста увеличилось на 13,5 млн. чел. Однако огромная убыль жителей в 1917-1920 гг. привела к тому, что в 1911-1920 гг. в целом естественный прирост не превысил 5 млн. чел.

Таким образом, в России во втором десятилетии ХХ в. первоначально естественный прирост был очень велик: в 1914 г. он составил 2837,8 тыс. чел., в 1915 г. — 1652,8 тыс., а в 1916 г. — хотя и снизился, но достиг почти 1 млн. чел. Смертность начала превышать рождаемость в центральных и западных регионах лишь с 1917 г. (около 600 тыс. чел.). В 1918-1920 гг. демографическая ситуация была уже диаметрально противоположной. Несмотря на отсутствие достаточно надежных источников, исследователи полагают, что в 1918 г. смертность превысила рождаемость на 3 млн. чел., в 1919 г. — на 2 млн., в 1920 г. — на 3,8 млн. чел. Кризисные явления проявились в России позже, чем в других странах Европы, однако благодаря интервенции, гражданской войне, разрухе, голоду, эпидемиям болезней они дольше давали о себе знать, и население страны сокращалось до 1923 г. [10]

Естественный прирост в России по регионам, губерниям и даже уездам можно анализировать только до 1917 г., так как именно до этого времени в архивах обнаружены подробные источники церковной статистики, которая была уничтожена в 1918 г. Удовлетворительным же учет воспроизводства населения вновь был налажен только к 1923 г. [11]

Табл. 15 показывает, что в регионах, составивших ныне Приволжский федеральный округ естественный прирост в 1901-1916 гг. был повышен и почти повсеместно превышал средние показатели по России. Ниже он оказался лишь в Северном Приуралье (1901-1910 г. — 15,4%, 1911-16 гг. — 10,5%, а в России в нынешних границах соответственно 15,8% и 13,2%). Почти на уровне среднего по стране оказался естественный прирост в Нижегородской области (15,9% и 13,5%). Выше среднего он оказался в Среднем Поволжье. А высоким, как и ранее, естественный прирост был в южном Приуралье (1900-1910 гг. — 21,3%, 1911-1916 гг. — 15,0%) и Нижнем Поволжье (соответственно 18,5% и 15,0%). Таким образом, естественный прирост в начале ХХ в. способствовал некоторому повышению удельного веса населения округа в общем народонаселении России.

Нарастание революционного кризиса в России в начале ХХ в. вынудило власти полностью отказаться от традиционной политики ограничения переселений и перейти к политике свободы переселений. Право на них теперь получили все желающие, независимо от их имущественного положения. Власти сознательно поощряли переселения на окраины безземельных и малоземельных крестьян. Предполагалось увеличить масштабы миграционного процесса до таких размеров, которые бы превзошли показатели высокого уровня воспроизводства населения. Поскольку безземельные неимущие крестьяне не имели необходимых средств для переселения в отдаленные окраинные районы империи, им предоставлялся ряд существенных льгот и привилегий.

Новый курс переселенческой политики был окончательно оформлен законом от 6 июня 1904 г. [12] Он освобождал новоселов от круговой поруки и расширял льготы и пособия переселенцам (путевые пособия, врачебно-продовольственная помощь, пониженный переселенческий тариф за проезд по железной дороге, ссуды на обзаведение хозяйством, равные 100 руб.).

Русско-японская война вынудила власти приостановить переселения, однако уже в 1906 г. они были возобновлены.

В целом на окраины страны в этот период переселилось более 5 млн. чел. [13] При этом из регионов Приволжского федерального округа мигрировало около 710 тыс. чел. (13,6% общего числа). Естественный же прирост в округе в 1900-1916 гг. составил 6796,2 тыс. чел. Таким образом, за счет переселений округ потерял более 10% естественного прироста.

Самый большой отток населения в округе отмечался в Северном Приуралье — 276,6 тыс. чел. (в Вятской — 230,1 тыс., в Пермской — 46,5 тыс.) Население отсюда уходило в основном в Сибирь, Уфимскую и Пермскую губернии.

Из Среднего Поволжья выселилось 200,6 тыс. чел. (из Пензенской — 80,5 тыс., из Симбирской — 80,1 тыс. и из Казанской — 40,0 тыс. чел.).

Нижнее Поволжье потеряло 198,1 тыс. (Самарская губерния 122,7 тыс., а Саратовская — 75,4 тыс. чел.). Отсюда много жителей уходили в Казахстан. Нижегородская губерния потеряла 25,9 тыс., а Южное Приуралье — 8,2 тыс. чел. В последнем отток преобладал над притоком в Оренбургской области — 25,2 тыс. чел. А Уфимская — являлась единственной в округе, где баланс миграции оставался положительным — 17,0 тыс. чел.

В 1897-1916 гг. общий прирост населения составил в округе 37,6%, а в России в целом — 42,6%. Это значит, что в целом число жителей здесь увеличивалось медленнее, чем во всей стране. В результате доля населения в округе ко всему населению России с 1897 по 1917 гг. понизилась с 28,2 до 27,2%. Низкий прирост отмечался в Северном Приуралье (на 31,4%) в Среднем Поволжье (на 34,9%) и в Нижегородской области (на 36,4%). В Среднем Поволжье повышенный прирост был зарегистрирован в Пензенской области (на 41,3%), а на всей остальной территории он был невысок, особенно в Марийской республике (на 22,9%), в Чувашии (на 30,9%), в Мордовии (на 34,3%).

Почти равнялся среднему по России, но немного ему уступал общий прирост жителей в Нижнем Поволжье (на 41,7%). И лишь в Южном Приуралье он оказался повышенным (на 46,8%). Здесь в Башкирии население увеличилось на 49,0%, а в Оренбургской области — на 44,7%.

К сожалению, перепись 1917 г. не зарегистрировала в округе этническую принадлежность регистрируемого населения. А текущий учет отмечал его не повсеместно и в разные годы от 1913 до 1915 гг.

Лишь перепись 1920 г. зарегистрировала национальный состав населения в округе и по всей стране, используя впервые показатель национальной принадлежности. В 1918 — середине 1920 гг. население России, как отмечалось выше, сильно сократилось в условиях гражданской войны, разрухи, эпидемий болезней и т.д. Регистрация естественного прироста в эти годы (как и миграционных процессов) была организована неудовлетворительно. Поэтому изменения в численности, размещении и составе населения зарегистрировала перепись 1920 г. в уже новых административных границах, где возникли существующие и ныне национальные образования. Видимо, перепись 1920 г. не совсем полно зарегистрировала жителей страны, и существовал некоторый их недоучет, но других более надежных и полных источников от тех лет не осталось.

В 1917-1920 гг. население округа сократилось на 10,2%, а всей России — на 8,1% (см. табл. 8). Особенно сильная убыль населения отмечалась в Южном Приуралье (на 17,8%) и в Северном Приуралье (на 17,0%). Несколько меньшей она была в Нижегородской области (на 15,8%). В Среднем Поволжье население уменьшилось менее заметно (на 11,0%). Здесь в Чувашии наблюдался его прирост (на 15,0%). В Мордовии оно уменьшилось на 22,3%, в Пензенской губернии — на 13,4%, а в Татарстане — на 13,1%. В Мордовии (на 11,3%) и в Ульяновской области (на 12,2%) убыль населения оказалась меньшей.

А в Нижнем Поволжье численность населения изменилась мало (уменьшилась лишь на 4,1%). Доля населения в округе в 1917-1920 гг. снизилась с 28,2 до 26,6%.

В 1897-1920 гг., как показывают табл. 14-15 не изменился удельный вес чувашей (4,3%), коми-пермяков (0,5%), евреев (0,2%) и казахов (0,4%).

Значительное его повышение отмечается у татар (с 8,8 до 10,9%), украинцев (с 1,3 до 1,9%) и немцев (с 1,4 до 2,2%).

И одновременно падает доля русских (с 68,2 до 66,8%), мордвы (с 5,1 до 4,6%), удмуртов (с 2,2 до 1,9%), марийцев (с 1,9 до 1,6%) и башкир (с 5,8 до 4,3%).

Таким образом, понижается или остается неизменной доля этносов с невысоким естественным приростом и значительным переселенческим движением за пределы округа.

Удельный вес татар возрос в результате более точной регистрации этнического момента, когда часть записанных в 1897 г. башкирами татар была вновь учтена в составе татар. Кроме того, этот этнос не принимал в эти годы заметного участия в миграционных процессах, не подвергался ассимиляциям и, напротив, поглотил некоторое число чувашей.

По всей вероятности, доля татар без учета исправленной погрешности переписи 1897 г. повысилась в эти годы с 9,9 до 10,9%. В Татарстане удельный вес татар увеличился с 36,9 до 44,3%, а во всем Среднем Поволжье — с 17,5 до 19,3%. В Нижегородской области вырос с 3,3 до 3,8%, в Северном Приуралье — с 1,2 до 1,6% и особенно в Южном Приуралье — с 6,7 до 15,2% (в том числе в Башкирии — с 7,0 до 20,4%). И лишь в Нижнем Поволжье он упал с 4,0 до 3,2%.

Особенно интересны данные о расселении и удельном весе татар на территории Татарстана. Мы уже отмечали, что в первой половине XVIII в. в этом регионе удельный вес татар лишь немногим превышал четвертую часть всего населения (русских было около половины).

В 60-х гг. XVIII — 50-х гг. XIX в. доля татар здесь превысила одну треть (русских, как и ранее, было около половины).

К концу XIX в. удельный вес татар почти достиг 37%, а русских — упал до 43%.

К 1920 г. доля татар в Татарстане несколько превысила 44%, а русских — упала до 41%, и впервые в условиях существования подушного учета жителей татары в регионе численно превзошли русских. И это было обусловлено как ассимиляцией татарами чувашей (в 1719 г. они достигали в Татарстане — 13,7%, а в 1920 г. — только 5,9% общего народонаселения), так и более высоким у этого этноса уровнем воспроизводства, а также тем, что с конца XVIII в. они принимали слабое участие в заселении других регионов России. Отметим сразу, что в 20-80-х гг. ХХ в. происходит дальнейший рост удельного веса татар в Татарстане (1989 г. — 48,5%), а у русских он хотя и повысился, но гораздо слабее (до 43,2%).

Рост доли татар в Среднем Поволжье также был значителен (с 17,5 до 19,3%), но не так велик, как в Татарстане.

Возникает вопрос, насколько обоснованными были государственные границы республики и в какой мере они соответствовали национальному составу этого региона. Перепись 1920 г. содержит результаты ее в старых поуездных границах 80-х гг. XVIII — начала XX вв. Мы видим, что татары по итогам этой переписи абсолютно доминировали в Мамадышском (около 83% всех жителей), Тетюшском (более 51%), Бугульминском (почти 60%) и Буинском (54%) уездах. В Казанском уезде они имели относительное большинство (49%, а русских — 42% в основном за счет Казани).

В ряде же других уездов Татарстана доля татар была небольшой. Здесь преобладал русский этнос, и правомочность включения этих земель в состав Татарстана вызывает очень большие сомнения, так как никакого референдума или опроса населения в ходе формирования политических границ на пространстве Российской империи, СССР и современной России никогда не производилось. Исследование материалов Наркомнаца вряд ли сможет пролить свет на ход решения этой проблемы. Ясно только, что все эти вопросы решались келейно, на них нередко решающее влияние оказывали случайные факторы. Во всяком случае, в 1920 г. в Свияжском уезде татар было 30,8%, а русских — 68,1%, в Лапшевском соответственно 38,0 и 55,1%. В Чистопольском — 30,8 и 47,0%(около 17% составили чуваши), в Спасском 31,0 и 53,4% (чувашей 7,5%), в Мензелинском 29,8 и 28,4% (башкир было — 26,0%) в Елабужском — 38,9 и 54,3%).

В Башкирии, напротив, совершенно не правомочно оказались сформированными границы. Первоначально, в 1920 г. были созданы Башкирия и Уфимская губерния. И этнический вопрос был разрешен более или менее удовлетворительно. Но затем Уфимскую губернию (где доминировали русские) включили в состав Башкирии. Башкиры составили здесь лишь 29,2% всех жителей, русских было 36,3%, а татар 20,4% и национальное размежевание тогда могло быть проведено гораздо более качественно, если бы главным принципом в ходе его производства явился этнический фактор.

В Татарстане к 1920 г. размещалось около 44% всех татар России. Во всем Среднем Поволжье их обитало 69%. В других республиках и регионах Среднего Поволжья доля татар, как правило, между 1897 и 1926 гг. понижается (в Чувашии с 3,3 до 2,8%, в Марийской республике — с 7,4 до 5,7%). Небольшой прирост был зарегистрирован в Пензенской области (с 3,8 до 3,9%), в Мордовии (с 5,6 до 6,1%) и в Ульяновской области (с 6,3 до 7,2%).

А вот удельный вес русских в начале ХХ в. падает во многих местах. Исключение представили лишь Нижегородская область (с 90,7 до 91,3%), Пензенская область Среднего Поволжья (с 84,0 до 85,1%), Мордовия (с 67,9 до 68,8%), Северное Приуралье (с 82,9 до 84,8%), Башкирия (с 36,1 до 36,3%) и Нижнее Поволжье.

Русский этнос в ходе территориального размежевания потерял значительную часть своей этнической территории. Мы уже рассмотрели это на примере Татарстана и Башкирии.

В Чувашии русским в основном являлся Алатырский уезд в, Марийской республике — Уржумский. В Мордовии русские доминировали почти повсеместно, кроме сравнительно небольших по площади территорий. То же можно сказать и об Ульяновской области.

В Северном Приуралье в Кировской области в 1920 г. русских было 94,6%. А в Удмуртии преобладали удмурты, а русских было 41,2% (удмуртов — 54,2%).

В Южном Приуралье доля русских к 1920 гг. повысилась почти до 73%. И лишь в Башкирии они составляли этническое меньшинство (36,3%), хотя в Уфимском уезде их было более 60% от всего населения.

В Нижнем Поволжье доля русских повысилась в Саратовской и Самарской губерниях, так как из их состава выделилась республика Немцев Поволжья, где русских тогда проживало менее 2% от численности всех жителей (немцы достигали 97,7%).

Довольно сильно в округе (с 1,3 до 1,9%) повысился удельный вес украинцев. В Южном Приуралье он вырос с 1,9 до 3,8%, а в Нижнем Поволжье — с 5,7 до 5,8%. В Южном Приуралье в Башкирии украинцы достигали в 1897 г. — 0,5%, а в 1920 г. — 3,0%, а в Оренбургской области соответственно 3,5% и 5,1%. В Нижнем Поволжье доля украинцев в Саратовской области равнялась в 1897 г. — 7,4%, а в 1920 г. — 8,0%, в Самарской — соответственно 1,1 и 2,1%. А в целом в 50-х гг. XIX в. — 1920 г. в численности, удельном весе и размещении народов на территории Приволжского округа произошли значительные изменения. Различия в уровне воспроизводства и степени участия в миграционных процессах были очень велики. Естественный прирост оказался пониженным в северных (Северное Приуралье) и центральных (Нижегородская область) землях, где размещались в основном русские, удмурты, марийцы и мордва. Кроме того, в возросшем оттоке переселенцев из округа ведущую роль играли русские (с 80-х гг. XIX в.). Именно поэтому в 1850-1920 гг. доля русских в регионе снизилась с 71,7 до 66,8%, удмуртов — с 2,0 до 1,9%, марийцев — с 1,9 до 1,6% и мордвы — с 4,8 до 4,6%. Неизменным остался удельный вес башкир (4,3%) и коми-пермяков (0,5%). Значительное же повышение его отмечается у татар (с 9,6 до 10,9%), башкир (с 3,1 до 4,3%), украинцев (с 0,7 до 1,9%) и немцев (с 0,8 до 2,2%). В округе появляются казахи (1920 г. — 0,4%) и евреи (0,2%).

У татар, башкир и немцев это объясняется повышенным естественным приростом и слабым оттоком за рубеж округа. У украинцев евреев, а также казахов решающую роль сыграло переселенческое движение и, видимо, повышение качества учета.

Доля же населения округа по отношению ко всем жителям России в современных границах с 1850 по 1920 гг. снизилась с 28,2 до 26,6%, так как вместо иммиграции здесь стала преобладать эмиграция.

Дальше...


[1] РГИА, ф. 1290, п. 4, д. 129-132,157.

[2] Там же, л.. 157-161.

[3] Там же, л.л.. 33-39, 44-47, 157-161, 221-224.

[4] РГИА, ф. 391, оп. 1, д. 4, л.. 1-262.

[5] Кауфман А.А. Переселения и колонизация. СПб, 1905, с.101.

[6] Кабузан В.М. Эмиграция и реэмиграция в России в XVIII — начала XX века. М.,1998, с. 133.

[7] В 1867 г. в Уфимской губернии, составившей большую часть Башкирии, была проведена первая перепись населения, в ходе которой в состав башкир впервые включили мещеряков, тептерей и бобылей. В числе 617,6 тыс. башкир собственно таковых оказалось 287,8 тыс. или 46,6%. В более позднее время, как правило собственное башкирское население до 20-х гг. XX в. не выделялось. (см. Памятная книга Уфимской губернии. Ч. I, Уфа, 1873, с. 94-95).

[8] Урланис Б.Ц. Динамика населения России накануне октября. — Ученые записки Всесоюзного заочного экономического института. М.,1957, Вып. 1, с. 131.

[9] Вишневский А.Г. Воспроизводство населения СССР. Сб. статей. М.,1963, с. 250; Боярский А.Я. Население и методы его изучения. М., 1975, с. 226; Урланис Б.Ц. Рождаемость и продолжительность жизни в СССР. М., 1963, с. 21,25,26,86,87.

[10] Поляков Ю.А. Советская страна после окончания гражданской войны: территория и население. М.,1986, с. 97-98; Максудов С. Потери населения СССР. Вермонт,1989, с. 202.

[11] Дробижев В.З. У истоков советской демографии. М.,1987, с. 36,44.

[12] ПСЗ — III, Т. XXIV, 1904, ст. 24701.

[13] Кабузан В.М. Эмиграция и реэмиграция в России … , с. 134-135.

© Доклад Центра стратегических исследований Приволжского федерального округа "ГОСУДАРСТВО И АНТРОПОТОК", Москва - ПФО 2002 г.


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ