Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Миграция. Национальный контекст

Ольга Выхованец
(аналитическая группа РА)

Несмотря на увеличившийся в последние десятилетия миграционный поток в Европу из стран Азии, Африки, Ближнего востока, а также с территории бывшего Советского Союза, по данным статистики, в большинстве европейских стран 80-90% населения составляют по-прежнему титульные (дающие название стране) нации. Россия по этим меркам в глазах Европы является русским государством.

Крупнейший этнос на территории РФ — татары — составляют 4%, а совокупная численность не русского населения не превышает 20%. При этом старшее поколение объединяет гораздо больше ментальность не этническая, а государственно-идеологическая — советская, базирующаяся на русской культуре. То есть культурно-русского населения России гораздо больше чем этнических русских.

Однако, большое количество различных этнокультурных зон, по территории и количеству населения сопоставимых с европейскими странами, а также усиливающееся демографическое давление со стороны сопредельных государств, обусловленное как слабой заселенностью большей части страны, так и «обратной волной»[1] со стороны стран и народов — бывших культурной провинцией России, диктует особое отношение именно к национальной составляющей миграционных потоков.

Другим фактором, определяющим особенности миграционной политики РФ, является потребность в неквалифицированной рабочей силе. Естественно, России нужны и ученые, и профессионалы в различных областях. Но эта проблема достаточно остро стоит и в других странах.

Что же касается главной — специфически российской — проблемы, то состоит она в огромной нехватке промышленных рабочих, учителей, строителей (не говоря уже о пахарях и животноводах), многократно превышающей аналогичные потребности западных стран.

Ее решение прямо зависит от того, как будет осуществляться миграционная политика: станет ли миграция ресурсом развития России или же превратится в угрозу ее целостности — культурной, территориальной, экономической.

***

Сегодня спрос на иностранную рабочую силу в РФ связан не столько с поиском дешевых рабочих рук (как, например, в США)[2], сколько с дефицитом кадров.

И если в США существующее положение можно объяснить временным упадком в экономике и инерцией системы образования и прогнозировать изменение ситуации через 7-10 лет, то в России ситуация будет только усугубляться.

Учитывая существующую демографическую ситуацию в стране,[3] миграционная политика безусловно должна ориентироваться на увеличение миграции. Однако сам процесс необходимо жестко регулировать, поощряя одни типы миграции и пресекая другие.

В стратегическом плане — это осуществление контроля над антропотоком, если под таковым понимать совокупность процессов перехода людей из одних СК-состояний в другие.

Основная цель при этом — максимально сохранить «отвечающие» за СК-ядро существующие социо-культурные профили там, где они СК-ядру России соответствуют и скорректировать их там, где есть угроза его размывания[4]. Развития при этом другой части профиля и СК-ланшафта в целом достаточно, что бы не бояться застоя и той степени консерватизма, который ведет к деградации социума. Причем, даже имея установку на «максимальное сохранение», добиться его будет вряд ли возможно, т.к. процессы, протекающие в социосистеме законсервировать нельзя по определению. Но сама такая установка — предохранитель от чрезмерно бурных, неконтролируемых процессов смены тех параметров социосистемы (тех базовых идентичностей), которые определяют СК-ядро. Повторение ситуации радикального изменения СК-ядра (или его части) как это было при принятии христианства или реформах Петра приведет к разрушению России. И развиваться дальше на той же территории будет уже не то государство, которое мы имеем сейчас.

В тактическом плане можно выделить две приоритетных задачи.

Во-первых, это политика, направленная на возвращение (репатриацию) и прибытие в страну квалифицированных специалистов, языково и культурно близких, т.е. — русскоязычных. Это среднее поколение и образованная молодежь, как из ближнего, так и из дальнего зарубежья.

Из обеспечения исполнения на первом плане — правовое, затем — экономическое и психолого-мотивационное. Политика государства должна быть направлена на прием и обустройство в первую очередь соотечественников.

Потому что именно соотечественники, люди, воспитанные в русском языке, (а это относится не только к русским, но и к другим национальностям СССР), в русской культуре, способны лучше других понять что тут происходит, способны эффективно работать именно с русской ментальностью, не принижая ее, не относясь к ней свысока, способны лучше других адаптировать то хорошее что есть в западных странах (в сфере экономики, бизнеса, управления) к нашей стране, а не переносить вслепую готовые схемы, которые там имеют под собой вековую базу, а здесь повисают без опоры, корежатся и превращаются в свою негативную пародию.

Границу «соотечественности» определяет Закон.

Сейчас существуют два основных нормативных акта, регулирующие отношения с соотечественниками. Это «Федеральный закон о государственной политике в отношении соотечественников за рубежом»[5], принятый в 1999 г. и «Основные направления поддержки Российской  Федерацией  соотечественников  за  рубежом на 2002 — 2005 годы.», принятый в ноябре 2002 г.

Закон оказался мертворожденным. Введение в понятие «общности религии» в ст.1 п.1 сразу вызвало негативную реакцию, хотя достаточно четкая формулировка понятия «соотечественник», содержащаяся в ст.1 п.2 была бы вполне достаточной.

Самая востребованная статья 11 противоречила существующему на тот момент «Закону о гражданстве»[6] (сейчас по новому закону она отменена).

Показательно, что в «Основных направлениях…» указывается на несоответствие «Закона…» законодательству РФ. Достоинство «Основных направлений…» безусловно, в попытке создать действенный механизм реализации. Определены ответственные государственные структуры, прописан механизм контроля.  И в «Законе…», и в «Основных направлениях…» существуют положения, которые можно и нужно применять именно для обеспечения репатриации. «Законе…» — это ст.5 — «Цели государственной политики … заключаются в оказании государственной поддержки и помощи … в реализации … права: … на возвращение в Российскую Федерацию.»

В «Основных направлениях…» это сказано еще точнее — «Российская политика в отношении соотечественников за рубежом направлена на … формирование механизмов их законной контролируемой миграции в Россию. Россия … намерена принимать на своей территории соотечественников, переселяющихся на добровольной, основе или вследствие возникновения чрезвычайных обстоятельств в странах их проживания.». Так же в п.3 Приложения №2 указываются исполнители.

Будут ли эти положения реально использоваться, покажет время.

Существенную роль играет экономическое обеспечение квалифицированных репатриантов (и мигрантов). Очевидно, что «утечка мозгов» связана в первую очередь, с желанием обеспечить определенный жизненный уровень и возможностью реализации творческого (научного) потенциала.

Процесс интеллектуальной «репатриации мозгов» не обязательно должен быть увязан с физическим нахождением ученого на территории РФ. Для большинства ученых мирового класса характерен транснациональный образ жизни. В этом смысле, необходимо чтобы они включили Россию и ее города в свой график и включились в проекты связанные с Россией и русским. Это возможно только при решении ряда экономических задач, в первую очередь — развитие научной и материально-технической базы.

Что касается основной массы научных работников, особенно молодых, выезжающих за рубеж, то у России шансы вернуть «мозги» не только виртуально, но и реально достаточно велики, если задействовать процесс "циркуляции мозгов".

Имеются в виду циклические перемещения: за границу для обучения и дальнейшей работы, а затем — возвращение на родину и улучшение профессиональной позиции за счет преимуществ, полученных во время пребывания за рубежом.

Достаточно благоприятные условия для реализации такого цикла обусловлены положением российских ученых за рубежом.[7] Относительно молодые исследователи, не имеющие шансов занять так называемую "постоянную позицию" в научных учреждениях Запада, снижающие при выезде за границу свой профессиональный статус, вынужденные кочевать из университета в университет, из страны в страну, туда, где предоставляется очередной временный грант сталкиваются с трудностями адаптации, недостаточным знанием языка, проблемами с жильем. Именно поэтому большая часть активных ученых за рубежом остаются гражданами России, а многие из них продолжают числиться в штате научных учреждений. И не торопятся разрывать связи с Родиной.

К тому же на первое место выходят именно прагматические цели, а научная миграция по этническим и политическим причинам, как это было в начале 90-х, практически прекратилась.

Здесь применение государством соответствующих шагов полностью зависит от «заказа» хозяйствующих субъектов. И здесь необходимо и на региональном, и на федеральном уровнях осуществлять политику согласования интересов. Фактически это один из примеров, когда государство может оказаться полезным собственному бизнесу, одновременно решая свои задачи.

Из уже принимаемых мер можно отметить гранты Президента РФ на поддержку молодых российских ученых — кандидатов наук и их научных руководителей, поддержку ведущих научных школ, научных исследований молодых российских ученых — докторов наук. Помогает удержать талантливые кадры в высшей школе отсрочка от призыва на военную службу сотрудникам 54-х государственных научных центров РФ, а также работникам государственных академий наук.

При создании правового и экономического условий возвращения на Родину, психолого-мотивационное требует минимальной поддержки. Особенно в отношении последней эмиграционной волны (и «вынужденной» эмиграции ближнего зарубежья), сохранившей русский язык, обычаи, ментальность.

При таком обеспечении условий для возвращения одновременно создаются условия для снижения «утечки мозгов» в том числе и образованной молодежи.

***

Вторая задача — поощрение неквалифицированной трудовой миграции молодежи и лиц среднего возраста не только русскоязычных и не только из стран СНГ. С последующим использованием этого ресурса как источник собственно рабочих рук, квалифицированных кадров (при получении частью мигрантов высшего и специального образования), улучшения демографической ситуации.

При этом надо учитывать, что большая часть трудовой миграции из стран СНГ титульного населения вовсе не стремится остаться на ПМЖ в России. По мере укрепления экономик своих стран этот поток будет уменьшаться и потребуются дополнительные усилия для его привлечения. Уже сейчас миграция из стран СНГ упала, и нет никаких предпосылок к росту.

Из обеспечения исполнения здесь также на первом плане — правовое. Принятый 25.07.02 г. Федеральный закон «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации»[8] позволяет достаточно четко регулировать миграционный поток. Это введение миграционных карт, определение квот на выдачу разрешений на временное проживание, квот на выдачу приглашений на въезд в РФ в целях осуществления трудовой деятельности, учитывающее демографическую ситуацию в соответствующем субъекте РФ. Ст. 11 детально прописывает порядок передвижения иностранных граждан в пределах Российской Федерации. В целях учета иностранных граждан, временно пребывающих и проживающих (как временно, так и постоянно) в Российской Федерации, создается центральный банк данных. Еще ряд статей направлены на учет и контроль иностранных граждан на территории РФ.

Не вдаваясь в критику закона, отметим только, что максимально жесткое требование, предъявляемое к мигрантам, желающим получить в перспективе российское гражданство и остаться на постоянное жительство, — по сути должно быть всего одно: обязательное знание русского языка.

На втором месте — СК-адаптация.

Из множества вопросов, требующих решения в этой области, основной — образование. Направленное не только и не столько на взрослых, сколько на детей. С тем, что бы подрастающее поколение было как можно более адаптировано к СК-ядру России. Что бы видело в ней свою Родину. Обязательным должен быть жесткий контроль за преподаванием в национальных школах (а они обязательно будут открываться с ростом числа детей при компактном проживании мигрантов одной национальности) по программам Министерства образования РФ не только русского языка, но и таких предметов как история, география, литература.

Дифференцированный подход к мигрантам должен определяться не только и не столько страной прибытия и национальностью, сколько реальным принятием культурных и языковых требований.

В экономической сфере закон «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» дает хозяйствующим субъектам инструмент квот. Однако применение этого достаточно мощного инструмента должно находиться под государственным контролем. В первую очередь миграционные потоки должны быть использованы для освоения (ре-освоения) сельхозугодий, в добывающей промышленности. Для сезонных работ и работ вахтовым методом наиболее подходят те категории мигрантов, которые либо изначально не предполагают остаться на ПМЖ, либо еще не определились.

Система распределения мигрантов по квотам безусловно должна учитывать культурную составляющую СК-профиля территории. Т.к. неквалифицированная молодежь будет учиться, а не пере-учиваться для приобретения необходимых территории профессий.

Так же необходимо на льготных условиях легализовать иностранных рабочих по факту их проживания на территории РФ. Речь не идет о предоставлении гражданства, но «разрешение на временное проживание» и/или «вид на жительство» позволит не только ужесточить контроль за работодателями, обеспечить социальные гарантии мигрантам, но и значительно облегчить их последующую СК-адаптацию.

Учитывая, что все большую долю в миграционном потоке занимают выходцы из стран других социо-культурных типов, вполне можно рассматривать миграцию как один из аспектов национальной безопасности.

И если приоритетной задачей является привлечение мигрантов, изначально культурно комплементарных российскому государству, то естественным будет формирование в мире особого геокультурного пространства, которое и будет использоваться как их источник.

Строго говоря, ресурс для построения такой системы у России уже был. И был потерян. Это десятки тысяч выпускников советских ВУЗов из Азии, Африки, Кореи, Китая, т.е. именно из тех стран, демографическое давление которых Россия ощущает.

Как сделать, что бы потенциальные мигранты из этих стран изначально воспринимали русскую культуру, русский язык не как чужое и враждебное, но как мирное и понятное?

Во-первых, необходима программа сотрудничества с соотечественниками за рубежом — такой программой на сегодня являются уже упоминавшиеся «Основные направления поддержки…».

Однако документ посвящен в основном именно поддержке, помощи. И хотя в федеральном законе «О государственной политике в отношении соотечественников за рубежом»[9] в ст. 16 п.1. указывалось, что «… органы власти РФ… стимулируют сотрудничество российских организаций с хозяйствующими субъектами соотечественников, содействуют созданию совместных организаций, товариществ и обществ, участию соотечественников в инвестициях в российскую экономику, поощряют связи российских организаций независимо от форм собственности с иностранными предприятиями, на которых работают преимущественно соотечественники, развитие взаимовыгодной кооперации между ними…», принятые «Основные направления …» практически ничего об этом не говорят, отсутствуют механизмы развития и поощрения форм взаимовыгодного сотрудничества с соотечественниками, совместного предпринимательства, совместной деятельности, выгодной и в политической, и в экономической сфере не только диаспоре, но и России.

Во-вторых, должны быть разработаны специальные программы для организаций соотечественников по созданию положительного образа РФ, по работе с местным населением с учетом особенностей каждой страны.

Чем сильнее будет взаимодействие на культурном уровне разных национальностей, тем легче мигранты будут адаптироваться при прибытии в Россию.

В-третьих, важно не перегнуть палку, «забирая» из страны русскоязычное население, т.к. в этом случае культурные связи будут необратимо ослабляться — некому станет поддерживать имидж России на повседневном, бытовом уровне.

Реализация этих программ — языковые и правовые курсы, дни культуры, туризм, кампании в СМИ, etс. (в сочетании с продуманной политикой по работе среди принимающего населения) в итоге скажется и на экономических, и на политических связях между странами, облегчит процесс СК-адаптации мигрантов, что снизит риск межнациональных конфликтов и позволит использовать миграцию именно как ресурс для развития государства вне зависимости от того, какие нации и народы ее составляют.


[1] По Тойнби — бунт «внешнего пролетариата».

[2] Европа и утечка мозгов. Europe and the Challenge of the Brain Drain. Sami Mahroum, JRC's Institute for Prospective Technological Studies (IPTS). IPTS Reports, Vol. 29, 1999 http://www.jrc.es.

[3] Мир России №1, 2001 г. А.Г. Вишневский, Е.М. Андреев, Материалы информационного бюллетеня "Население и общество".

[4] Здесь под СК-ядром понимается такой набор характеристик, который остается неизменным при возможном изменении СК-профиля. Это, прежде всего, — язык.

[5] Собрание законодательства Российской Федерации, 1999, № 22, ст. 2670.

[6] Собрание законодательства Российской Федерации.

[7] Ольга Жаренова «Интеллектуальная миграция россиян.Ближнее и дальнее зарубежье», Центр политической информации, М., 2001.

[8] Собрание законодательства Российской Федерации.

[9] Собрание законодательства Российской Федерации.


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ