Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Какого цвета будет человечество к концу века?

«Похоже, мы дожили до времени, когда можно с облегчением потереть занемевшее плечо — "бремя белого человека", о котором так вдохновенно писал Редъярд Киплинг, становится очевидным анахронизмом. Да и сам белый человек, традиционный цивилизатор и двигатель прогресса, того и гляди попадет в Красную книгу исчезающих биологических видов» — написало издание «Эхо планеты». (http://www.explan.ru (№9 за 2002г.))

Об острых проблемах современной демографии  - беседа с доктором экономических наук Анатолием Григорьевичем ВИШНЕВСКИМ, руководителем Центра демографии и экологии человека Института народно-хозйственного прогнозирования Российской академии наук.

Позволю себе задать вопрос, который можно счесть не вполне политкорректным — какого цвета будет человечество к концу XXI века? Или, скажем аккуратнее, какой цвет будет в нем преобладать — белый, желтый, черный?

— Не белый — это точно. Скорее желто-черный. Сейчас самая большая по населению страна — это Китай (1,3 миллиарда человек, пятая часть населения земли), через некоторое время ее догонит и обгонит Индия (более 1 миллиарда), следующий в очереди — целый континент — Африка. Белое же население почти не будет расти, скорее оно начнет сокращаться, его доля в мире уменьшится процентов до десяти.

Я заговорила о цвете, потому что это броский, наглядный пример. Но расовая проблема, конечно же, не главная. Есть опасение, что соответственно изменится и качество жизни. Ваши коллеги не сомневаются, что существенно более быстрыми темпами будет расти население в южном полушарии. А это — зона нищеты, низкого образовательного уровня, нестабильности. Не растворится ли в этой массе так называемый "золотой миллиард", определяющий сегодня уровень социального и научно-технического прогресса?

— Главная опасность не в том, что изменится соотношение цветов, а в том, что могут оказаться подавленными те культурные, цивилизационные ценности, которые были выработаны в процессе истории населением европейского происхождения. Говоря о будущем, надо думать не о цвете кожи, а о судьбе культуры, которая представляет собой величайшее достижение истории. Я не хочу сказать, что в этой системе ценностей все идеально: идеала нет нигде. Но современная европейская цивилизация дала миру очень много, и если она уступит, будет оттеснена, то человечество окажется отброшенным назад. Удержать непроницаемую стену между Севером и Югом невозможно. Но когда эта стена преодолевается мигрантами в направлении с юга на север, то надо заботиться о том, чтобы как можно большее их число адаптировалось к культуре тех стран, в которые они приходят. Тем самым будет умножаться число носителей этой культуры независимо от цвета кожи.

А могут ли выходцы с юга органично усвоить, скажем так, северную культуру?

— Разумеется, да. Но не сразу. И здесь есть проблема количественного соотношения учителей и учеников. В глобальных масштабах баланс на сегодняшний день невыгодный. Тех, кто может передавать эту культуру, мало, а тех, кому ее надо передавать, много. В конкретных европейских странах, принимающих иммигрантов, соотношение, конечно, получше, но слишком сильный напор иммигрантов может привести к тому, что оно может ухудшиться и там. Выходец из Афганистана или африканец, приехавший в Европу, может довольно быстро адаптироваться к новой культуре, если он живет в окружении местного населения. А уж его дети, кончившие немецкую или французскую школу, безусловно, впишутся в европейскую жизнь без больших проблем. Но если прибывающих в страну слишком много и они живут замкнутыми анклавами, мало общаясь с местным населением, интеграция в принимающее их общество замедляется, возникают разного рода напряжения, конфликты и так далее. Среди черного населения США много выдающихся людей — писателей, музыкантов, актеров, которые вносят достойный вклад в смешанную культуру. Нужно стремиться к тому, чтобы превратить разнообразие культур не в проблему, а в новое богатство. Но при этом, повторюсь, нельзя поступаться фундаментальными ценностями гуманистической европейской культуры нового времени. Французы правы, когда не желают видеть в стенах государственных школ девочек в парандже.

Как вы считаете, позволяют ли современные демографические тенденции смотреть в будущее с оптимизмом? Ведь нас ждет мир, который сильно постареет, будет в целом иметь более низкий образовательный и социальный уровень.

— Мир в целом постареет не скоро, потому что как раз население развивающихся стран очень молодо. А образовательный уровень в среднем, конечно, на какое-то время понизится из-за быстрого роста доли менее образованного населения этих стран, и лишь постепенно уровень образования станет повышаться и у них. Но, конечно, самая сложная проблема — это повышение социального статуса большинства населения бедных крестьянских стран. На этом пути очень много препятствий. Молодые поколения в таких странах чувствуют себя обездоленными, они ищут образ врага, и у них появляется оружие, которое может быть использовано. На этом пытаются и будут пытаться играть циничные люди, рвущиеся к власти, сами, кстати сказать, далеко не бедные и вполне образованные. Вспомните организаторов сентябрьских терактов в США.

Может быть, я драматизирую, заостряю проблему, но не вступаем ли мы в эпоху, когда демографический фактор станет оказывать решающее влияние на процессы, протекающие в мире, в том числе геополитические? Вот пример. Израиль находится на Ближнем Востоке, мягко говоря, не в самом дружественном окружении. Однако он отстоял свое право на существование благодаря внушительному перевесу в военной и научно-технической сфере. Но евреи при существенно более высоком уровне рождаемости арабов имеют все шансы стать меньшинством даже в израильском обществе. Не говоря уж о том, что их в перспективе может просто раздавить окружающий, во многих случаях враждебный исламский мир.

— Эта проблема не только евреев. Это проблема всего Севера, имеющего низкую рождаемость, и его отношений с перенаселенным Югом. В этом как раз и сказывается роль демографического фактора. Вследствие демографического взрыва в развивающихся странах изменилось количественное соотношение не только между белыми и небелыми, но и между богатыми и бедными. Население бедных стран растет, затрудняя для них решение массы насущных проблем. Это касается и повышения благосостояния, и уровня образования, и многого другого. Рост населения съедает все ресурсы. Отсюда насущная необходимость в прекращении этого роста, к чему постепенно и движутся все страны Юга. В самых разных странах, таких, например, как Китай или Иран, снижается рождаемость. Но на Юге в целом это происходит медленно.

В США благодаря огромному притоку иммигрантов представители англоязычной культуры уже через полвека могут стать меньшинством. То есть Америка окажется совершенно другой, не такой, какой она виделась отцам-основателям. То же самое может произойти во Франции, многих других западных странах. Насколько реально такое развитие событий?

— Вполне реально. США принимает более 800 тысяч человек в год, и там уже сейчас возникает вопрос о том, что носители испаноязычной культуры начинают теснить англоязычную. Но остановить приток мигрантов, скажем из Мексики, едва ли возможно. Ведь люди, заинтересованные в этом процессе, есть по обе стороны американо-мексиканской границы. Бедные мексиканцы по понятным причинам стремятся в богатую Америку, а богатые американцы получают возможность эксплуатировать на все готовых иммигрантов, использовать их на невыгодных и непрестижных работах и так далее. Вся эта ситуация несколько напоминает отношения, сложившиеся в советские времена между москвичами и лимитчиками. Что скрывать, столичные жители косовато поглядывали на последних, однако не могли без них обойтись. Почти все водители московских автобусов были лимитчиками, москвичи же находили себе работу повыгоднее или попрестижнее. Аналогичные механизмы действовали и в Европе. В свое время, в период экономического роста там возникла потребность в дешевой малоквалифицированной рабочей силе. И она была покрыта за счет арабов, африканцев, турок. Сейчас французы или немцы ограничивают въезд в страну мигрантов, но поток все равно не уменьшается. Ведь среди тех же африканцев и арабов — масса нелегалов, для которых жизнь в Европе — рай по сравнению с теми местами, откуда они приехали.

Способно ли человечество к саморегуляции? Многие западные эксперты считают, что своего численного пика мировое народонаселение достигнет к 2070 году — 9 миллиардов человек. А затем оно сократится до 8,4 миллиарда. Может, и другие демографические проблемы сами собой рассосутся?

— Есть разные цифры — кто-то говорит о девяти миллиардах, кто-то — об одиннадцати или двенадцати. Это не принципиально, потому что и девять — очень много. Даже то, что имеется сейчас, — больше шести миллиардов на планете, на которой всего сто лет назад жили немногим более полутора миллиардов, — порождает множество проблем. Возможности планеты, ее ресурсы ограничены, и дисбаланс между этими возможностями и ростом населения уже дает о себе знать, как бы подсказывая: рост надо остановить. Но ничто не рассосется само собой. Есть только два пути, ведущие к прекращению этого процесса. Первый — огромный подъем смертности. И мы видим все новые и новые угрозы, которые могут породить такой подъем. Один СПИД чего стоит! Подсчитано, что он способен очень сильно повлиять на рост населения Африки. А есть еще угрозы войн с применением оружия массового уничтожения, искусственно вызванных эпидемий, экологических катастроф и так далее. Альтернативный путь — снижение рождаемости, о котором я уже говорил. Это тоже способ саморегуляции, но намного более гуманный. Однако и у него имеются противники, причем весьма влиятельные, к примеру, Ватикан. Рождаемость в мире снижается медленнее, чем хотелось бы.

Поговорим о российских проблемах. Население страны уменьшается за год в среднем на 700 тысяч человек. Наверное, это демографический рекорд, только с отрицательным знаком. Если не увеличится резко приток иммигрантов, население страны к 2050 году может сократиться до 85 миллионов (против нынешних 145). Это будет уже другая страна, в том числе и по национальному составу. Что касается иммигрантов, то средств для их приема у государства, как говорят, нет. Да и общественное мнение настроено по отношению к ним в целом отрицательно. Где выход?

— Если не будет притока иммигрантов, то ничего особенного не случится и с национальным составом. Но не думаю, что такого притока удастся избежать. Поймем ли мы это вовремя или будем до последнего держать границу, как говорили в советские времена, "на замке", пока однажды она внезапно не прорвется? Не нужно думать, что мы самые сильные. Рядом находится густонаселенный Китай, а у нас былинные просторы Сибири практически не заселены. Кто знает, а, может быть, когда-нибудь китайцам захочется на нашу территорию? Россия обладает огромным пространством, поэтому наше весьма немалое население (а Европе оно все еще самое большое) просто растворяется в нем, не насыщая. Отдает ли себе в этом отчет наше общественное мнение? Наша политическая элита? Какой должна быть миграционная стратегия, миграционная политика России? У нас и в самом деле часто говорят, что в стране нет средств на прием мигрантов. Как это понимать? Что значит, нет средств на людей в стране, которая нуждается в людях? Это просто абсурд. Между прочим, нередко те самые люди, которые возражают против иммиграции, настаивают на необходимости повышать рождаемость. Мне кажется, что ее значительное повышение сейчас мало реально. Но предположим, что я ошибаюсь, а сторонники роста рождаемости правы. Я был бы этому только рад. Однако разве решение демографических проблем России за счет повышения рождаемости не требует средств, и очень больших? Заметьте, это много дороже, чем путь иммиграции, когда в страну приезжают уже готовые работники и сразу включаются в трудовую деятельность. Их не надо ни вынашивать, ни выкармливать, ни учить. Они куда менее прихотливы, чем мы и наши дети. Разумеется, приток иммигрантов порождает свои проблемы. Но, может быть, над этими проблемами и надо сейчас подумать? Сколько мигрантов может принять Россия сегодня и сколько — завтра? Нужна ли система квот и каких именно — по странам, по возрасту, по профессиям, еще по каким-то признакам? Как ускорить интеграцию вновь прибывающих в российское общество, как избежать межкультурных напряжений? И как, наконец, воспитать самих себя, чтобы мы смотрели в первую очередь не на цвет кожи и разрез глаз, а на какие-то более важные для социальной жизни человеческие качества. В общем, вопросов много, и пора бы над ними задуматься — завтра может быть поздно.


Материал опубликован на сайте "Эхо планеты" по адресу http://www.explan.ru/archive/2002/09/s1.htm


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ