Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Национальное и постнациональное гражданство

Материалы экспертного опроса

Мкртчян Никита Владимирович, старший научный сотрудник Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, заместитель главного редактора журнала "Демоскоп-Weekly".

1. Сохраняет ли в условиях глобализации и размывания национального суверенитета свое значение феномен гражданства? В чем могут заключаться функции данного института? Как следует относиться к феномену двойного гражданства?

На мой взгляд, в настоящее время с феноменом гражданства происходят неоднозначные, разнонаправленные изменения. Глобализация позволяет узкому кругу избранных считать себя «гражданами мира», а гражданам отдельных избранных стран — свободными в пределах наднациональных границ (Шенген). Пока, на мой взгляд, — это глобализация для избранных, и к миллиардам людей с «неправильным» гражданством она имеет очень мало отношения.

Строительство крепости под названием «Европа» являет собой пример «локальной глобализации». Во многих международных документах встречается термин «граждане третьих стран», не случайно появился «план Бланкета», согласно которому «людей, прибывающих с целью просить убежища в Евросоюзе, до принятия решений по их заявлениям можно будет отправлять в "центр временного размещения", находящийся за границами Евросоюза. Схема, которая будет применяться ко всем претендентам на убежище, прибывающим в ЕС, и предусматривающая их отправку в Россию или на Украину, предложена в качестве сдерживающего фактора для тех, кто приезжает в ЕС нелегально и подает прошение об убежище, не имея на то оснований» (Ален ТРЕЙВИС. "TheGuardian", 27 марта 2003 года). Основной смысл этому: «и близко не подпустим, а то еще гражданством делиться придется». Все это имеет сложно сочетается со всемирной глобализацией.

Возможно, иных путей глобализации пока не найдено, и она будет постепенно расползаться вширь, вовлекая все новые и новые страны. Правильный это путь или нет — покажет время. Но те страны, на которые такая глобализация не будет распространяться, постепенно превратятся в страны-изгои. Изгоями станут и граждане этих стран.

Основная функция гражданства, мне кажется, — в закреплении принадлежности индивида к стране с ее культурой, языком, действующим в этой стране законам. В странах «золотого миллиарда» гражданство сопровождается солидным социальным пакетом, что определяет его ценность для своих граждан и привлекательность, желанность — для граждан других стран.

Отношение к двойному гражданству у меня сложное. Зачем оно? «Люди мира» им объективно не удовлетворятся — им и с ним будет тесно. Надо стремиться к тому, чтобы в каждой стране человек иной гражданской принадлежности не был ущемлен в правах, и тогда институт двойного гражданства потеряет всякий смысл.

Представляется, что двойное гражданство может быть востребовано (в ограниченных масштабах) как некая переходная стадия на ограниченный период времени, чтобы человек определился, к какому берегу ему пристать. Такой вариант двойного гражданства наиболее распространен может быть на постсоветстком пространстве.

2. Можно ли ожидать возникновения в будущем феномена глобального гражданства? Какая форма государства может ему соответствовать?

В массовом порядке глобальное гражданство может возникнуть в том случае, если будет глобальное государство. Это не исключает формального «глобального гражданства» для наиболее известных и авторитетных деятелей, таких, как Папа Римский, например.

Мне кажется, что даже если будет глобальное гражданство, возникнет какой-либо иной инструмент, позволяющий делить людей на чужих и своих.

Даже если в массовом порядке возникнет глобальное гражданство, свободному перемещению людей между странами (если они останутся) или континентами будут мешать иные барьеры: различия в языке, ценах на недвижимость и т.п.

3. Согласны ли Вы с тем, что гражданские свободы индивида наилучшим образом оказываются защищены международными организациями, а не органами государства?

Нет, не согласен. Международные правозащитные организации могут эффективно действовать в странах с развитой демократией и политическими режимами, способными прислушиваться к их позиции. Или в очень слабых политически маленьких странах с марионеточными политическими режимами. Пока же если права человека в государстве (Ирак, Турция, Китай и несть числа этим странам) систематически нарушаются, международные организации мало что могут сделать в данной ситуации.

4. Какова вероятная судьба международных институтов после событий в Ираке? Стоит ли ожидать восстановления их авторитета?

Международные институты типа Совбеза ООН потеряли свой авторитет задолго до событий в Ираке. Относительно устойчивая система сдержек и противовесов рухнула с распадом СССР и просоветского блока, с проигрышем в холодной войне. Трудно представить также эффективной системой НАТО, которая показала всю свою аморфность и бесполезность, не получается слаженной политики у ЕС. Так что и восстанавливать особо нечего.


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ