Доклад ЦСИ ПФО 2002 "Государство. Антропоток"


Предложения по улучшению системы управления процессами иммиграции и натурализации
Альманах "Государство и антропоток"
Дискуссии
Тематический архив
Авторский архив
Территориальный архив
Северо-Запад: статистика пространственного развития
Книжная полка
Итоги переписи 2002 года
Законодательство
Организации, специализирующиеся на миграционной проблематике
О проекте
Карта сайта
Контактная информация

Национальное и постнациональное гражданство

Материалы экспертного опроса

Мукомель Владимир Изявич, директор Центра этнополитических и региональных исследований.

1. Сохраняет ли в условиях глобализации и размывания национального суверенитета свое значение феномен гражданства? В чем могут заключаться функции данного института? Как следует относиться к феномену двойного гражданства?

Гражданство, как определенные правовые отношения между частным лицом и государством, не теряет свою значимость и в эпоху глобализации.

Лучше всего эволюцию института гражданства иллюстрирует ситуация в объединенной Европе. С одной стороны, отсутствие гражданства одного из государств "крепости Европы" (как метко названа известная работа), является инструментом отсечения нежелательных "чужих", в первую очередь, иммигрантов из государств "Юга", а предоставление гражданства — инструментом интеграции лояльных. С другой стороны, наличие гражданства одного из государств объединенной Европы позволяет пользоваться в другой стране практически всеми правами граждан страны проживания, за небольшими изъятиями.

Налицо две противоположные тенденции: гражданство "своих" ("прописка" обывателей разных кварталов крепости, если продолжать аналогию) становится не столь значимо, отсутствие такового для "чужих" — выходцев из-за крепостной стены — чрезвычайно важно.

Двойное гражданство не является панацеей, как полагают многие его адепты, и создает не меньше проблем, чем решает: одно из гражданств является "спящим". Не зря в начале 1963 г. была принята Конвенция Совета Европы о сокращении случаев многогражданства. (Однако, с учетом различий позиций государств, некоторые из которых достаточно лояльно относятся к двойному гражданству, увеличивающейся численностью лиц, которые владеют двойным гражданством де-юре или де-факто, сегодня позиция СЕ более сдержана и зафиксирована в Европейской конвенции о гражданстве — 1997).

Если говорить о постсоветском пространстве, то надо признать: двойное гражданство неприемлемо для руководства практически всех новых независимых государств. А для населения дает очень немного; проблемы, решаемые двойным гражданством (например, пересечения границ, доступа к рынку труда, жилья и др.), можно и нужно решать с использованием иных инструментов.

2. Можно ли ожидать возникновения в будущем феномена глобального гражданства? Какая форма государства может ему соответствовать?

Пока есть государство — будут и определенные правовые отношения между частным лицом и государством, определенные взаимные права и обязанности.

Глобальное гражданство — фикция, утопия. Мечта космополитов и интернационалистов — сиречь, коммунистов. Мечта, не подразумевающая необходимости в самом государстве.

Другое дело, что возможно образование своеобразного "регионального гражданства" и такие процессы прослеживаются в объединенной Европе. Но и здесь потребуются колоссальные усилия по гармонизации правового, социального пространства, чтобы воплотить идею в реальность.

3. Согласны ли Вы с тем, что гражданские свободы индивида наилучшим образом оказываются защищены международными организациями, а не органами государства?

Гражданские свободы наилучшим образом защищают сами граждане, институты гражданского общества, но не государственные органы или международные организации.

Государственные органы должны обеспечивать декларируемые свободы, но, как свидетельствует и опыт СССР с весьма либеральной Конституцией, без общественного контроля эти свободы остаются декларацией. При наличии же такового, функции защиты прав и свобод могут вполне эффективно осуществлять и другие институты, не обязательно государственные органы. Например, СМИ, не зря называемые "четвертой властью".

Что касается роли международных организаций, то давайте определимся, о каком обществе и о каких организациях идет речь.

По большому счету, демократическое общество редко нуждается в защите прав и свобод извне. Напротив, эта роль неоценима там, где свободами и не пахнет — вспомним наше славное прошлое.

Международные межгосударственные организации и международные неправительственные организации вряд ли правомерно ставить на одну доску. (Что общего между ООН и "Эмнести интернейшинл"?).

Деятельность первых, по определению, подразумевает согласование интересов и всегда компромиссна. Вторые, особенно зонтичные, более свободны в выборе инструментов и оперативном реагировании на нарушения прав и свобод.

Сегодня, когда "Юг" активно включился в деятельность международных организаций, возможны новые кризисы, наподобие случившегося во время конференции ООН против расизма и ксенофобии в Дурбине (ЮАР). Увы, большинство не всегда обладает правом на истину в последней инстанции.

4. Какова вероятная судьба международных институтов после событий в Ираке? Стоит ли ожидать восстановления их авторитета?

Эрозия ООН, если речь идет о ней, налицо. Но, вероятно, это временное явление: мировое сообщество нуждается в органе согласования национальных интересов и поддержке мирового правопорядка. И США не менее других государств заинтересованы в ООН.

Рано говорить о тенденциях, но складывается впечатление, что сегодня идет интенсивный поиск "дополняющих" инструментов. Возможно, резко усилится роль региональных политических организаций.


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ